Луп Брусничник

Над Солунью туман ложится, стынет воздух у порога,
День уходит, тает свет, и шепчет старая дорога.
А Лупп стоит, не пряча взгляда, не тая в груди огня:
«Я — раб Димитрия святого, и вера — жизнь, а не броня».

Он перстень взял и в кровь святую омочил простой подол —
Не для чудес, не для хвалы, а чтоб не стих в груди глагол.
И идолов крушил без страха, не глядя на чужой приказ,
Ведь правда выше всех угроз, что сыплются из злых глаз.

А где-то здесь, в лесах далёких, брусника налилась огнём,
Прошла по ягоде морозец — и стала сладкой под дождём.
Лупп Брусничник — так народ прозвал тот день в тиши полей,
Где подвиг тихий, словно ягода, созревает средь ветвей.

Не гром и не раскат небесный, а тихий, твёрдый шаг вперёд —
Вот он, святой упрямства света, что сердце верное ведёт.
Пусть ягода напомнит людям: и в малом — сила и покой,
Когда стоишь за правду твёрдо, не кланяясь судьбе чужой.