Август

Время вышло, но Милость не выставит счёт,
Не погасит до срока курящего льна,
Милость будет стараться, продлить нас ещё,
Проливаясь из чаши под видом вина.

В Крайнем Риме, опять прохудилась стена.
Разнуздали овец, запустили волков.
За бугром у Кощея ржавеет игла,
Сколько сил он извёл, на таких дураков.

Отложились, расстириглись, зарылись в ничто,
Подношения данайцев прияли за честь,
В суете растеряли, зачем мы и кто,
Удивительно просто, как мы ещё здесь...

Семь тридцать - бриться, в девять в двери.
Опять эти лица, ох как надоели.
Расходую силы, но всё мимо
И сколько бы не тратил, Господь - запер,
С чужими, с больными, с глухонемыми,
Гордыня и ропот, моё имя!

Нечем, нам нынешним, всё это удержать,
В прошлом соборы и вече людской реки,
Совесть могла бы, немного нас подлатать,
Если бы мы захотели в себя прийти.

Разум привёл мониторы, в режим - без сна,
Это сознательный выбор, безвольно тлеть,
Милость, купила нам право коснувшись дна,
Если хотим, оттолкнуться и вновь взлететь.

Юг, осень, зола сосен,
Бе - 200 в чате, значит Бог не бросил,
Всех корёжит от линий
Когда в небе пунктиры.
На аналое лилии,
В "сороковом" дыры.