Эмиграция в ад

Когда земля уже не держит нас,
И воздух стал тяжёл, как старый шёлк,
Когда в глазах погас последний час,
А в жилах стынет чёрный, сладкий долг, —
Мы собираем чемоданы снов:
В одном — истлевший аромат духов,
В другом — обрывки писем и оков,
В третьем — холодный блеск забытых слов.
Корабль отходит в полночь без огней.
Мосты сгорают за спиной, как ложь.
И океан, тяжёлый от теней,
Качает нас к вратам, где вечность — ночь.
Там страж с ключом из жёлтой кости ждёт.
Он улыбается беззубой тьмой.
И воздух там — густой, как чёрный мёд,
И время там — застывший, сладкий гной.
Мы входим. Не кричим. Не плачем. Нет.
Мы знаем: это — дом, который ждал.
Здесь каждый грех — как дорогой букет,
И каждый страх — как вышитый кинжал.
И Сатана, учтивый, как портье,
Даёт нам ключ от комнаты внизу,
Где вечно пахнет лавром и золой,
И где душа наконец нашла свою грозу.
Мы больше не вернёмся. Не зачем.
Земля осталась там — в тумане, в лжи.
А здесь, в аду, нам хорошо совсем:
Мы наконец-то дома. Навсегда. В тиши.