я долго о любви молчал - сборник

                ***
любовь была важней всего,
весь мир был свежеиспечённым –
и мы дрались из-за девчонок,
ещё не зная для чего…
               
                ***
я долго о любви молчал –
слова казались мне чужими,
любовь скрывалась между ними
и я её не различал…
мы жили как в немом кино,
казались речи нам фальшивкой
и в кадре всё казалось зыбким –
слова забыли мы давно…
но не был в моде чарльстон
и фильм наш не был чёрно-белым –
мы танцевали между делом
под  “Наутилус” в унисон…
с тобой почти полвека вместе
и мир застали и войну –
ты очень ценишь тишину,
слова порою неуместны…


                ***
какой чудесный длинный день,
который провели мы вместе –
он для кого-то слишком пресный –
одни в ловушке скучных стен…
иной в раю и всё ж не рад он,
а я стал мелочи ценить:
смотреть в экран, цикорий пить
и знать, и видеть, что ты рядом…


                ***
ингредиенты для борща
с тобою режем сообща –
салат нас единит и борщ,
а за окном противный дождь…
царица стейков и борщей,
не надо лишних нам вещей –
к чему тебе браслет и брошь,
когда нас ждёт горячий борщ?..


                ***
выжму утром апельсиновый сок —
мелочи делают тебя иногда счастливой,
как женщины все – из приливов ты и отливов,
что вечно влекут нас, как волны – прибрежный песок…


                ***
принёс тебе кофе и круассан,
пока ты сидела, скучая, на пирсе,
вокруг тебя девочка бегает быстро,
за нею постарше немного пацан…
малышка теряет сандалик с ноги,
как пляжная Золушка в платьишке белом,
хватает сандалик она между делом
и вновь убегает – поймать-ка смоги!..


                ***
здесь, на песке твои следы –
они легки и невесомы,
вдоль пляжа тянуться до дома
по кромке вспененной воды…
безлюден берег, только мы
и пара цапель здесь гуляем –
сегодня мир необитаем
как в эру первозданной тьмы…
тебя я пальцами коснусь,
в твоё присутствие не веря,
и этот чудный мир примерю,
и никогда не оглянусь…


                ***
в город прорвался бриз, солнце мне щурит глаз,
от стекол машин отлетают слепящие радуги,
пятнистые тени меня продолжают радовать –
случается в жизни такой идеальный час…
набежала тучка и сразу испортила всё –
радуги все исчезли и мир – точно кот облезлый
и даже тени пропали и их искать бесполезно —
жизнь показала какая изнанка её…
но тучку сдуло и снова мой глаз прищурен,
и птицы вернулись с любовной своей трескотнёю –
я шире вздохну и пошире глаза раскрою –
покуда есть ветер, совсем этот мир недурен…


                ***
встречали вместе мы рассвет,
но так его не повстречали…
смеялись, пили и кричали…
и встреча длилась много лет…


                ***
дождь из нахмуренного неба,
от ветра пробирает дрожь
и листья, скользкие как ложь,
покрыты золотом и медью…
богатство это всё шуршит
у нас с тобою под ногами,
в грязи троянскими дарами
листва опавшая лежит…
вокруг всё состоит из лжи –
дождь и деревья, ты и тучи…
скажи мне правду и не мучай,
а лучше ложь опять скажи…


                ***
желание враз сушит рот
и застревают в нём слова,
и улетает голова
в неописуемый полёт…
и этот пульс, и эта твердь…
всепоглощающая мягкость…
вдруг воздух обретает вязкость
и не страшна ни жизнь, ни смерть…
попавшим в сей водоворот,
самим не выбраться на сушу:
свобода – лишь в обмен на душу,
но вряд ли кто-то сам уйдёт…


                ***
нельзя громко о любви –
только шёпотом, только с придыханием,
слишком это интимное состояние,
чтоб орать о нём и не погубить…


                ***
хожу сомнамбулой в ночи
и, завороженный луною,
пишу стихи о нас с тобою
и каждый стих “люблю” кричит…
таких не напишу я днём –
цензура вымарает строки,
но погрузившись в сон глубокий,
могу сказать я обо всём…
проснувшись, я как белый лист
и слов ночных совсем не помню,
исчез в ночи мой стих нескромный –
вновь лист передо мною чист…
 
                ***
они называли друг друга «мой сладкий»
и папа для сына хранил шоколадку,
держал его за руку, потчевал чаем -
казалось, что их диалог нескончаем...
они поменялись немножко ролями,
как это бывает с детьми и отцами:
отец походил на большого рёбенка
и сын опекать его стал потихоньку...
они называли друг друга «мой сладкий»
отец заболел и весь мир в беспорядке…
смертельно больной,  сына потчевал чаем -
как будто бы их диалог нескончаем…
               
                ***
было время – мерил время звонками на перемену,
свистками судьи и бегом между ударами пульса,
сердцебиением после неловкого флирта на первом курсе,
закурил – и сигарета стала часам и минутам заменой…
сигарета ждала меня меж караулами,
между двенадцатичасовыми сменами,
её я сжимал нежно пальцами нервными,
когда у роддома тебя караулил…
была сигарета началом и финишем,
неизменяемой точкой отсчёта
пока семь потов выжимала работа –
смерть стала границей меж прошлым и нынешним…
стоп – времени нет, наступило безвременье
и время остановилось, как сердце… –
от смерти нам, смертным, нельзя отвертеться,
но смерть не таким уж является бременем:
парил там, где нет сигареты и боли –
пока электричеством не оживили
и этим – и жизнь, и меня удивили –
своим воскресением, в целом, доволен…
я рай не увидел, не встретился с предками…
узнал – время платит фальшивой монетою:
прошло расставанье легко с сигаретою –
но мерю недели коробкой с таблетками…