Мелхиоровый век

Просто разгильдяйство,
Просто честь не чтут, —
Развалив хозяйство,
От суда бегут.
Просто супостаты
Грех не признают,
На любую правду
Свысока плюют.
Просто подхалимы,
Алчные лгуны,
Лезут вон из кожи,
Чтобы лишь добраться
Как-то до казны.
Просто идиоты, даже дураки
Прутся без стеснений
Получить чины
И мечтают только,
Чтобы было больше
Им от службы мзды.
Просто ведь злодеи,
Суки, подлецы,
Вовсе не робеют
В руки брать бразды.
Хоть и не умеют
В счёт свести концы,
Мыслью не владеют, —
То не признают,
Что им непосильно
Продуктивно сделать
То, что люди ждут, —
То есть обозначить
К целям тот маршрут,
По какому к счастью
Лишь всегда идут.
В общем, злое племя,
Что за счёт живёт
Тем, что лишь, по сути,
Что-нибудь урвёт
У того, кто честно
Что-то создаёт.
Просто, честно, морды —
То не стыд признать! —
Стыдно за такое
Их не обвинять,
Стыдно это просто
Участью принять
И свернуть им шеи
Вовсе не желать,
Иль хотя бы просто
Палкой с места гнать!
Нравственно уроды
И поганый дух,
Если лихо грянет,
Всех ведь предадут,
А мораль за гроши тут же продадут.
Льстивые учтивцы
В храм себя ведут,
Но зачем — не знают,
Ведь в законах Бога
Не важна им суть.
С ликом миловидным
Могут так вздохнуть,
Что от умиления
Будет вовсе жуть.
Рожами лощёны,
Сыты от души,
И не знают вовсе
Горя от нужды,
И высокомерно, с личностью достойной,
Грубо и на «ты».

Эдак всё, довольно
Это обсуждать, —
А ведь можно тоже
И подобным стать!
Но нельзя такого
Вовсе запрещать,
Что всегда способно каждому мечтать:
Как ярмо такое
С каждой шеи снять
И дать шансы честно
Власть в руках держать
Тем, кто от природы
Смог умом блистать,
Тем, кто честь старался
Тем не запятнать,
Чтобы врать цинично
И чужое брать.

Эдак всё, довольно,
Грех ведь презирать.
Мы не сможем просто
Это вам сказать, —
Что вам имя — черти,
Так вас величать!
Но вам шанс даётся
Строки прочитать,
В коих правда льётся,
И себя узнать.
Может, совесть всё же
Сможет вас пронять,
И тогда не надо
Будет вас позорно
Просто палкой гнать?
Может, вы сочтёте
Должное принять
И начнёте просто
Нрав собой менять
Тем, что прекратите
Жить, другим мешать.

Эдак длится долго
Бремя от ****ей,
В муках изнывает
Множество людей.
Что уж невозможно
Без таких идей,
От которых будет
Только веселей, —
Тех, что всем позволят
Стать уже смелей,
Чтобы гнать конкретно
Всяких сволочей!

Эдак место свято
Нам хотят внушить
И желанья всяко этим подавить,
Строго всё пытаясь
Мыслью запретить,
Чтобы не хотелось
Жизнь нам изменить
И дела по нраву
Тем всегда вершить, —
Волю чтоб к свободе
Всяк не допустить!

Эдак мы наивны,
Но ведь не всегда, —
Раз иной мешает
Нам ведь доброта.
Всё же мы посмеем
Это обсудить, —
Как всё это ****ство
Вовсе прекратить?
Нет, не будем биться
Истерично мы
И стараться просто
Надорвать в потугах чем-то животы.
Мы начнём с такого:
Будем развивать
То, что позволяет
Нам умом блистать,
Чтобы прецеденты всякие создать,
От которых вскоре будут величать
Нас народом воли,
Что способен только
Блага созидать!
Да, мы все проснёмся,
Скинем страшный сон, —
Что как будто каждый
Был поганой сворой
Лишь порабощён!

Эдак что, вам страшно?
Дух ваш удивлён?
Да, пора к свободе, —
К той, что воплощает
Тот порядок жизни,
В коей только праздник
Тем, кто от природы
Свойством совершенства
Всяко наделён!
Да уж не страдайте,
Пафос ни к чему, —
Просто место знайте,
Где вам находиться
Рангом по уму!
И уж привыкайте
Без циничной лжи
К людям обращаться
С почестью, на «Вы»!
Вот тогда не станет
Горя и беды,
Мир воспрянет сразу —
Однозначно, быстро,
Без страданий вовсе, участью войны.
       ОгО
P.S.
«Мелхиоровый век» — это поэма-обличение, написанная голосом уставшей совести.

В центре — портрет эпохи, где власть, деньги и лицемерие слились в сплав внешнего блеска без внутреннего достоинства. Здесь безжалостно вскрываются  механизмы лжи, казнокрадства, нравственного уродства и духовной пустоты. Но сюжет  не останавливается на диагнозе. Он предлагает выход: пробуждение через ум, уважение к личности, смену этической нормы и отказ от участия в системе, построенной на фальши.

Это текст, где сатира перерастает в манифест, а боль — в надежду. Он требует не сочувствия, а узнавания. Каждая строка зовёт снять маску и посмотреть правде в глаза — прежде всего, самому себе.

Жанр: поэма-манифест с элементами сатиры и пророчества.
Интонация: от горькой иронии до сурового утверждения.
Ключевой посыл: ценность не в блеске, а в сути. Выход — не в борьбе, а в пробуждении.