Здесь нет штормовых парапетов

Звучат над водою простые напевы,
Врачуя усталость столичных тревог.
Здесь нет океана — но плещутся девы,
Речных берегов, где закат одинок.

Волна — это Истра, Ока или Клязьма,
Их струны поют в изумрудной тени.
И сердце не ждёт солёного спазма,
А ловит прохладу в изгибах реки.
 
Московская гладь — это зеркало неба,
Где плещутся лебеди, ивы, ветла.
И в этом просторе нет горечи хлеба,
Лишь сонная прелесть родного тепла.
 
Так пусть же мотивы над плёсом льются,
Как народная песня, как дыханье лугов.
Здесь волны — не шторм, они тихо смеются,
Врачуя усталость без громких оков.

Волна здесь не спорит с ветрами,
А мягко целует песок.
Играя с прибрежными снами,
Ведёт свой негромкий урок.

Не Млечный Путь, а изгибы,
Речной, удивлённой дуги.
Москва-река, Истра и Ока,
Раскинули сети свои.

В них небо купается летом,
И ловит прохладу листва.
Здесь нет штормовых парапетов,
Здесь дышит сама синева.

И слышится в этом теченье,
Не рокот, а ровный мотив,
Что лечит от суеты и сомнений,
Уставшую душу взбодрив.

Отрада — не в грозном просторе,
А в тихой и верной волне.
Плеск весел, да ветер в подворье,
Да солнце в речном полусне.