Я думал, чувства будут длиться вечно

Я думал, чувства будут длиться вечно,
Как млечный свет в холодной пустоте,
Как пульс реки, что льётся бесконечно,
В природной, первозданной простоте.

Я строил мир на призрачной основе,
На клятве, данной в сумраке ночном,
Где каждое несказанное слово
Казалось нерушимым алтарём.

Но время ледяной и скользкий камень,
Шлифует всё, что дорого душе.
И то, что полыхало, словно пламень,
Теперь лишь горстка пепла в мираже.

Всё тает, как случайные снежинки,
Что падают на тёплую ладонь.
И рвутся ледяные паутинки,
И стынет в жилах холода огонь.

И что в итоге? Тихие руины,
Где только память эхом по углам.
Обрывки фраз в течениях рутины,
Что вверены безжалостным ветрам.

Осталась боль глухая, как простуда.
Въедается под кожу, вглубь костей.
Она теперь со мной везде, повсюду -
Непрошенная спутница ночей.

И память. Как безжалостный художник,
Рисует то, чего не воротить.
Я в этом прошлом запертый заложник,
Оборванная, стоптанная нить.

И в этой скорби нет ничьей вины.
Таков закон - увянуть, отболеть.
Мы лишь песчинки в дюнах тишины,
Обречены сгореть и умереть.

Я думал, чувства — это навсегда...
Какая ложь! Какая слепота.
Теперь в груди лишь колит иногда
И словно смерть, глухая пустота.

И в этой стылой, выжженной пустыне
Я тщетно жду спасительных дождей.
Но небо глухо. И во мне отныне
Лишь тени отшумевших, светлых дней.

Как выцветшие фрески на соборе
Стираются знакомые черты.
И в этом экзистенциальном море
Теряют очертания мечты.

Приходит понимание простое,
Что человек лишь хрупкая свеча.
Горит насквозь, теряя золотое,
И гаснет время недополуча.

Так рушатся незыблемые замки,
Что строили на зыбком берегу.
И держат всех нас временные рамки,
В которых не укрыться на бегу.

Всё было ложью? Иль самообманом?
Желанием поверить в идеал?
Теперь мой мир покрыт густым туманом,
В котором я себя же потерял.

И я бреду в бреду, как наркоман,
И нет во мне ни цели, ни пути.
А за спиной года, как караван,
Что мне уже по новой не пройти.

Так в чём же смысл живого маскарада
Случайных встреч и тягостных разлук?
Зачем нужна была годов услада,
Чтоб превратить реальность в пустой звук?

Звук тишины, что режет по живому,
Острее перетянутой струны.
И мы идём к итогу роковому
Заблаговременно на смерть обречены.

Всё суета. И пыль под сапогами,
И блик луны на глади сонных вод.
Мы тешимся могучими богами,
Пока судьба плетёт свой хоровод.

Я думал, мы две равные стихии,
Сошедшиеся в точке бытия.
Теперь вокруг лишь пустоши глухие,
Где бродит одиноко тень моя.

И больше нет ни веры, ни надежды,
Лишь холод звёзд, бездушный и немой.
С сорваны с души моей одежды,
И я стою измученный, нагой

Перед лицом безжалостной вселенной,
Которой дела нет до моих драм.
И стала боль совсем обыкновенной,
Как плесень, что ползет по всем углам.

Ведь боль не шрам, она живая рана,
Кровоточит сильнее с каждым днём.
И эта пытка слишком постоянна,
И я один в бессилии своём.

Забыть? Но как? Воспоминанья душат,
Как плющ, обвивший мёртвый ствол в лесу.
Они мой хрупкий мир безмолвно рушат,
Но я свой крест покорно донесу.

До той черты, где гаснут все светила,
Где прекращает время свой отсчёт,
Где то, что так неистово любило,
В великое Ничто перетечёт.