Махорка. обращение к стиху Малой

                (*обращение к стиху «Малой»)

Махра, махра — моя подружка.
Тебя курю я много лет.
А что мне надо? Что-то в кружке.
Ну что ещё? Ах да, махры кисет.

С тобой угрюмо отступали на восток,
Стояли под Москвой и шли на Запад,
Шагали в слякоть, держались за возок,
Но всё равно мы заставляли немца драпать.

В твоём дыму я видел многих,
С которыми бывало я стоял в строю:
Артём Кольцов, Серёга, Ваня с Волги —
Да мало ли их, пропавших на корню?

*Малого вспомнил, кажется, Егорка:
В атаке с дзота срезали его.
Кисет его я точно помню, и махорка
Душистая была — такая, что ого-го!

А папиросы что? Ведь баловство одно.
Махра нарезанная — это чудо.
В руках умелых «козья ножка» — оно
Запомнится надолго, врать не буду.

Вот помню как-то: немчуру, старика,
С ним встретиться пришлось.
Он рассказал: в плену в России обретался,
И как голодному ему хлеба каравай достался.

Добра не вспомнил. Сына воспитал,
А тот — своих близняшек-сыновей,
И всех троих на фронт Германии отдал,
И не вернулись к родине своей.

Сидели мы вдвоём, дымили самосадом,
Старик поплакал — то ли от махры,
А может, оттого, что из мужчин лишь он остался
И не увидит больше детворы.

Такая вот судьба-злодейка:
Я без ноги вернулся в отчий дом и сад,
А тот старик — он потерял побольше,
Остаток жизни превращая в ад.