Тверской романс. В подражание Михаила Круга

За окном разгулялся сентябрь хмельной,
Месяц в небе застыл, как немой часовой.
Я иду по Твери, где каштаны в ряду,
И у памяти старой опять в поводу.
Там за лесом густым Колыма и туман,
Жизнь промчалась со свистом, как пустой балаган.
А в душе всё звучит тот негромкий мотив,
Про того, кто ушёл, никого не спросив.

А над Тверью опять купола в позолоте,
Мы всё ищем причал в этой вечной работе.
Жизнь как колода из карт, где не вытянуть туз,
И на сердце лежит неприкаянный груз.
Помолчим о друзьях, что ушли в никуда,
Пусть над нами горит золотая звезда.

Ты просила: «Вернись», прижимаясь к плечу,
Только я о насущном опять промолчу.
Нам, мужчинам, судьба и пахать, и грешить,
А девчонкам очаг да уюты вершить.
Но за этой бравадой, за дымом в окне,
Я искал лишь тепла в ледяной тишине.
И пускай говорят: «Он король, он скала»,
Но душа, как струна, пересохла дотла.

Кольщик, выколи мне не кресты, а рассвет,
Чтобы в сумерках долгих забрезжил нам свет.
Чтобы та, что в бантах, всё смеялась во сне,
И не знала о боли, о злой седине.

Всё сбывается, верь... только тише молчи.
Догорает огонь одинокой свечи.
Август выйдет во двор, чуть сутулясь в тени...
Господи, нас за всё сохрани и прости.