Семь грехов

Семь грехов

Кадр из сериала «Святой Паисий. От Фарас до небес».

В одной из сцен отец Паисий говорит об эгоизме как о страшной внутренней силе, которая отдаляет человека от Бога. И, наверное, именно с этого стоит начинать разговор о семи грехах: не с поступка, а с того движения души, которое задолго до поступка уже произошло внутри.

«Больше всего хранимого храни сердце твоё, потому что из него источники жизни». Притчи 4:23

Мы привыкли думать о грехе как о поступке. Соврал. Предал. Украл. Разрушил. Но чем больше я размышляю о человеке, тем яснее понимаю: поступок почти никогда не является началом. До него что-то уже произошло внутри. Появилась маленькая мысль, которой позволили остаться. Потом она стала привычкой. Привычка - частью характера. А однажды человек совершил то, чего ещё несколько лет назад сам от себя не ожидал. Поэтому разговор о грехе нельзя начинать только с вопроса: «Что ты сделал?» Иногда важнее спросить: что происходило в твоём сердце задолго до этого?

Есть состояния, которые человечество знает тысячелетиями: гордыня, зависть, гнев, алчность, похоть, чревоугодие, уныние и духовная леность. Но меня интересуют не столько сами названия, сколько то, почему они так легко маскируются под обычные человеческие чувства. Гордыня редко входит со словами: «Я лучше всех». Иногда она говорит намного тише: «Я сам знаю, как правильно. Мне никто не нужен». Зависть не всегда признаётся: «Я хочу чужого». Иногда она шепчет: «Почему ему можно, а мне нет?» Гнев легко назвать борьбой за справедливость. Алчность - предусмотрительностью. Похоть - любовью. Чревоугодие - маленькой радостью, которую человек заслужил. А уныние нередко приходит под видом безразличия: «Мне уже всё равно». Вот почему грех опасен не только своей тяжестью. Он умеет говорить нашим собственным голосом.

Мне не хочется в этом цикле судить людей. Любой разговор о грехе становится лицемерием, если человек всё время смотрит только на других. Очень легко увидеть гордыню в соседе, зависть в знакомом, алчность в богатом, похоть в чужой семье, гнев в человеке, который кричит. Гораздо труднее спросить самого себя: а где всё это живёт во мне? Семена этих страстей могут быть почти в каждом человеке. Разница начинается там, где один замечает их и пытается бороться, а другой постепенно находит им оправдание.

Наверное, поэтому христианство говорит не только о поступках, но прежде всего о сердце. Христос снова и снова возвращает человека внутрь самого себя. Не только «не убей», но посмотри, что делает с тобой ненависть. Не только «не прелюбодействуй», но посмотри, что происходит с твоим взглядом и желанием. Не только «не кради», но спроси, почему тебе всё время мало. Это гораздо труднее внешнего закона, потому что закон можно исполнить перед людьми, а сердце остаётся перед Богом.

Можно никогда не украсть чужих денег и всю жизнь завидовать чужому достатку. Можно никогда не ударить человека и годами мысленно желать ему зла. Можно говорить о любви и на самом деле владеть другим человеком. Можно давать милостыню и одновременно гордиться собственной добротой. Можно молиться и глубоко внутри считать себя выше того, кто ещё не пришёл к вере. Грех оказывается гораздо тоньше, чем нарушение правила. Это искажение направления души. Любовь начинает требовать обладания. Достоинство превращается в гордыню. Желание жить лучше - в ненасытность. Стремление к справедливости - в ненависть. Отдых - в леность души. Удовольствие - в зависимость. Чужой успех - в собственную боль.

Но христианство ведь не сводится к бесконечному «не делай». Оно всегда показывает человеку, куда идти вместо этого. Если гордыня - смирение. Если зависть - благодарность. Если гнев - милосердие. Если алчность - щедрость. Если похоть - настоящая любовь. Если чревоугодие - воздержание. Если уныние - надежда. И, возможно, именно поэтому покаяние - не унижение человека. Это момент, когда он наконец честно видит, куда свернул, и понимает, что дорога назад ещё существует.
Мне хочется пройти эти семь тем не как судье, а как человеку, который тоже смотрит внутрь себя. Потому что, наверное, самый опасный грех начинается именно тогда, когда мы уверены, что разговор о грехе касается кого угодно, только не нас. А самый важный вопрос всего цикла будет один: не «какие грехи существуют в мире?», а «что происходит сейчас в моём собственном сердце?»

И здесь неожиданно возвращается старый стих. Он был написан в 2005 году, задолго до сегодняшних размышлений. Тогда появился образ острова, куда человек уходит по Божьей воле, словно надеясь оставить весь мир за водой. Сегодня, когда пишется «Остров», эти строки звучат для меня совсем иначе. Потому что со временем понимаешь: можно уйти очень далеко от людей, но невозможно уйти от самого себя.

СЕМЬ ГРЕХОВ

По Божьей воле я ушла
На остров, где молчали воды.
Туда, где ночь была светла
И не было людской свободы...

Но остров оказался мал:
Со мной пришли мои тревоги.
И каждый грех меня искал,
Как будто знал мои дороги.

Гордыня встала у скалы:
«Ты выше всех», - она шептала.
А зависть вышла изо мглы
И на чужое указала.

Гнев поднимался, как прибой,
И бил о камни без пощады.
Алчность звала меня с собой,
Суля всё большее в награду.

Похоть манила сладким сном,
Где сердце телу уступало.
А чревоугодье за столом
Мне всё твердило: «Мало, мало».

Уныние пришло в тиши,
Когда закат погас над морем.
Оно шептало: «Не спеши,
Останься здесь навек со горем».

И я упала на песок,
Не зная, где искать спасенье.
Но над водой вставал восток,
И в сердце зрело откровенье.

Гордыне - тихое смиренье,
Зависти - благодарный взгляд.
Гневу - любви прикосновенье,
Алчности - не брать, а дать.

Похоти - чистая любовь,
Чревоугодью - воздержанье.
Унынию - надежда вновь,
А мне - молитва и покаянье.

Я от людей ушла одна,
Чтоб мир остался за водою.
Но истина была проста:
Я всё несла его с собою.

И Бог не остров мне открыл,
Не путь побега от людей.
Он сердце тихо осветил,
Чтоб я увидела семь теней.

Александра Абрамович

Наверное, в этом и будет смысл всего нашего дальнейшего пути через семь грехов: не искать их где-то далеко, а увидеть их начало внутри человека. Потому что борьба света и тьмы редко начинается где-то за пределами нашей жизни. Чаще всего она начинается там, куда не может заглянуть никто из людей. Внутри сердца. И именно туда смотрит Бог.

Автор: Александра Абрамович

Продолжение цикла «Семь грехов»:
1. Гордыня - «Когда человек становится мерой всего».
2. Зависть - «Чужое счастье как собственная боль».
3. Гнев - «Когда чужое зло поселяется в тебе».
4. Алчность - «Сколько человеку достаточно?».
5. Похоть - «Когда любовь перестаёт видеть человека».
6. Чревоугодие - «Чем мы заполняем внутреннюю пустоту».
7. Уныние - «Когда душа перестаёт ждать света».