Цикл посвящений

НИКОЛАЮ РУБЦОВУ  (90 лет)

Гоним ли судьбою поэт?  – Пионерил
И сызмальства жил без отца сиротой.
От самого детского дома он верил
В Россию, в талант свой под яркой звездой.
 
Из Тотьмы – в деревню, болота по кругу,
Телега застряла – кричат: «Подмоги!».
Тут простонародье, и мог быть поруган,
За леность, за честь, а то – за долги.
 
Никола от быта в тоску погружался, 
В себя уходил, как отшельник-монах,
И взгляд оттого был тяжёлым и жалким –
Он жил, словно кот, на семейных паях.
 
А ход устремлений поэзии ясен:         
С раскрытым блокнотом ходил по лесам,
Как будто смотрел, не срубили ли ясень   
Всё те ж, во хмелю, с кем грешил часто сам.
 
Под ивою вместе стоять довелось им,
Но крик журавлей он расслышал один,
Никола, не понятый разноголосьем, –
Ушёл, не доживши до первых седин.
 
Взлетел одуванчиком по-над деревней,
Душа в нём берёз, ускользающих грез.
И Севера поле – вдоль жёлтых деревьев.
А в доме на окнах  – январский мороз.
 
Печаль не стихает – поэты гонимы.
Но греют стихи  – угольки от огня.
В деревне Никольской теперь не одни мы             
Возносим Рубцова, слог в сердце храня.
 

2.
Под скрипы телег,
Под скрипы пера
В строку белый снег
Упал, как вчера
На чистый листок – 
Поэт одинок.
Сквозняк и порог – 
Проститься не смог.
Остались стихи.
Утихла молва.
В день зимних стихий
Прервались слова.
Поэт  как пророк, 
Его не спасут.
При жизни изрёк:
«Потомки поймут».
В искусстве стиха –
Душа чистоты,
Вольна и тиха,
И рифмы просты.
Погосты окрест,
А дух боевой!
К потомкам нёс крест
Деревни, как свой.
 
3.
Брусника, расступись,
Я упаду на мох,
Послушаю птиц писк
На стыке трёх дорог,
 
Где стрекот двух сорок
В размолвке, солнца блик.
…Рубцова жизни срок,
Так мал и так велик!
 
Всё знать бы наперёд
В судьбе дорог кривых,
Какой у них черёд,
К чему поэт привык.
 
Где потрясённый бор
Услышит дятла стук,
А эхо, как повтор,
Уловит за версту,
 
Откроет он блокнот
На час, на полтора,
И запоют семь нот…
И, кажется, пора
 
О Родине полей,
О Родине лесов
Писать чуть веселей.
Но, заперев засов,
 
С гармонью до ночи
Разгонит дым и грусть,
Любимая смолчит –
Да веселится пусть!
 
Как это было встарь:
Гуляй да веселись!
А постучал январь…
Душа взлетела ввысь,
 
Прошло не мало лет,
Бытует в слухах зло,
Но, в горнице есть свет
И оттого светло.
 
И лишь забор трещит –
Морозец в юбилей!
От звезд в снегу полей – 
Зажёгся русский щит.