Памяти Фанни Каплан

Выяснилось, что имя Фанни Каплан, данное ей при рождении, - Фейга Хаимовна Ройтблат. В 16-летнем возрасте она примкнула к анархистам. Готовила теракт в Киеве, но самодельное взрывное устройство, предназначенное для киевского генерал-губернатора, сработало в номере гостиницы, где она жила с другим террористом, своим гражданским мужем. Каплан тяжело ранило, она частично потеряла зрение. Ее арестовали, и в январе 1907 года военный суд приговорил ее к смертной казни. Но так как Каплан была несовершеннолетней, казнь заменили пожизненной каторгой. В Акатуйскую каторжную тюрьму ее этапировали в кандалах - как особо опасную террористку, склонную к побегам. Освободила ее лишь Февральская революция.


Факты как будто известны. 30 августа 1918 года, после митинга на московском заводе Михельсона, на котором выступал Ленин, на него было совершено покушение. На месте покушения задержали Фанни Каплан. Она созналась в том, что стреляла в Ленина, сказав, что это акт индивидуального террора, что ни в какой партии не состоит и ни с кем не связана. Откуда у нее оружие, отвечать отказалась. "На вид сумасшедшая какая-то. Или экзальтированная", -  сказал один из допрашивающих. Вели подробный протокол, он опубликован.




А в августе 1918-го, после допросов в Кремле, которые так ничего не прояснили, Каплан расстреляли и потом тело ее сожгли в железной бочке.

Позже ходили упорные слухи, что она осталась жива: Ленин лично приказал ее помиловать. В тридцатые годы ее якобы видели в Бутырках, где она работала библиотекаршей, на Соловках, на Колыме, в других лагерях... Это всего лишь миф. Сохранились воспоминания бывшего коменданта Кремля, балтийского матроса Малькова, чудом уцелевшего в мясорубке сталинского "большого террора", который вместе с латышскими стрелками лично расстреливал Фанни Каплан. На шум прибежал также пролетарский поэт Демьян Бедный, живший тогда в Кремле и пожелавший стать свидетелем расстрела. Наконец, в "Еженедельнике ВЧК", где был приведен расстрельный список из 90 фамилий, под номером 33 значилось: "Каплан, за покушение


Буквально сразу после покушения пошли также разговоры, что стреляла вовсе не Каплан, что заговорщиков было больше... С годами появились самые разные версии: что покушение на Ленина организовал его брат Дмитрий Ульянов, с которым у Фанни Каплан был роман, что у истоков заговора стоял стремившийся убрать соперника Яков Свердлов, сестра которого якобы дружила с Каплан, и так далее...

Слухи эти подкреплялись тем, что, по существу, серьезного следствия никто не проводил. Правда, опросили 17 свидетелей, но они, включая шофера Ленина Гиля, путались в показаниях. Кто-то слышал три выстрела, кто-то - четыре. Один из свидетелей говорил, что Каплан стреляла в упор, другой - что она пряталась за мальчиком, оказавшимся рядом с Лениным, третий - что стояла на расстоянии 15-20 шагов от вождя...

Браунинг, из которого стреляли, вообще не нашли. Пришлось давать объявление в "Известиях". После чего некий рабочий Кузнецов принес пистолет, сказав, что подобрал его на месте покушения и унес с собой как дорогую реликвию. Браунинг был семизарядный, в магазине оставались четыре патрона, на месте покушения нашли четыре гильзы. Итого - восемь. Значит, стрелял кто-то еще?

Загадка разрешилась просто: семь патронов были в магазине, еще один - уже дослан в патронник. Следствие разобралось в этом довольно быстро. Кстати, разговоры о том, что одна из пуль, позже извлеченная из тела Ленина, была другого калибра, чем пули браунинга, ничем не подтверждаются. Тот же калибр - 7,65. Более того: уже в 1990-е годы провели баллистическую экспертизу, которая показала, что извлеченные из тела Ленина пули выпущены именно из этого пистолета. Добавим еще, что пули не были отравленными, как это утверждается уже многие годы. Да и какой кураре выдержал бы температуру пороховых газов 2500 градусов в канале ствола во время выстрела?
Брат Ленина, Яков Свердлов и другие подозреваемые

Что касается других довольно популярных версий, то они тоже не выдерживают критики. Роман Фанни Каплан с Дмитрием Ульяновым, который якобы имел место в Евпатории, в санатории для бывших политкаторжан, выдуман: они были в этом санатории в разное время. С сестрой Свердлова Каплан была едва знакома, да и ничего не говорит о том, что между Лениным и Свердловым были какие-то серьезные конфликты, даже по поводу очень спорного в кругах большевиков Брестского мира. Версию о том, что в Ленина вообще никто не стрелял, что все это было инсценировкой для оправдания "красного террора", и Ильич, падая, просто сломал руку, даже не стоит обсуждать. В поисках поводов для террора большевики никогда не затруднялись.

И все же какие-то аспекты остаются неясными. Многие сомневаются: как могла полуслепая, больная, не имеющая опыта обращения с оружием Каплан совершить покушение на вождя, которого к тому же почему-то послали на завод Михельсона без охраны? На последний вопрос ответить легко: не охраняли тогда ни вождей, ни царей. Вспомним, скажем, что одно из покушений на Александра II (покушение Каракозова) предотвратила не охрана, а случайный прохожий.


Со зрением у Каплан действительно было плохо. Но стреляла она в упор, промахнуться было трудно. И с оружием бывшая анархистка умела обращаться. Ее и полиция задержала в 1906 году с револьвером. Что касается возможных соучастников Каплан, подстраховывавших ее во время покушения на Ленина, то по этому поводу тоже существуют разные версии. Называют даже конкретные имена. Сначала заподозрили кастеляншу Павловской больницы Попову, которая после митинга заговорила с Лениным у машины и задержала его. Ее ранило - скорее всего, выстрелом Гиля, шофера Ленина. Но Попова явно оказалась не причем, и ее сразу отпустили. Устроили Каплан очную ставку с арестованным английским послом Локкартом, которого подозревали в организации заговора: вдруг они связаны? Тоже ничего.

Организатор покушения - большевистский провокатор?

Позже, в 1922 году, о том, как он организовывал покушение на Ленина, на суде над эсерами подробно рассказал боевик Григорий Семенов. Но какие-то детали его тогдашних показаний явно не стыкуются. Скорее всего, он был большевистским провокатором. ЧК даже посылала его за границу - дискредитировать одного из лидеров эмиграции Бориса Савинкова. "Семенову верить нельзя, - убежден российский историк, доктор исторических наук, профессор Константин Морозов. - За (...) показаниями, данными в 1921-1922 годах, отчетливо видна рука чекистов и руководителей большевистской партии, которым нужно было во что бы то ни стало очернить эсеровскую партию".

Расстреляли Семенова гораздо позже, в 1938 году, и вовсе не за организацию покушения на Ленина, в котором он сознался, а за то, что он якобы намеревался убить Сталина и Молотова. Обычное по тем временам обвинение.

Исторический документ перестал быть секретным в начале 1990-х годов. В настоящее время полный текст Следственного дела № 2162 (о покушении на В. И. Ленина) доступен как в печатных научных сборниках, так и на исторических интернет-порталах



С Каплан провели несколько допросов в период с позднего вечера 30 августа по 2 сентября 1918 года. Ее допрашивали чекисты Я. Петерс, Н. Скрыпник, нарком юстиции Д. Курский и следователь В. Кингисепп.

«Я — Фаня Ефимовна Каплан… Я сегодня стреляла в Ленина. Я стреляла по собственному убеждению. Сколько раз я выстрелила — не помню. Из какого револьвера я стреляла, не скажу… Стреляла в Ленина я потому, что считала его предателем революции…» Из опубликованных текстов первого допроса (30 августа, 23:30) следует её ключевое заявление


После расстрела Мальков явился доложить Свердлову и спросил, где похоронить Каплан, а тот с возмущением в голосе заявил: "Поганить советскую землю мы не будем. Потрудитесь уничтожить эту гадину, а если что останется, так на помойку, в мусорную яму, к черту".


Весной 1918 года Фанни Каплан приехала в Москву, она просила эсеровское руководство разрешить ей устроить партийное покушение. Об этом сохранились воспоминания видных эсеров Зензинова, Вольского, Буревого.

Очевидно, столкнувшись с отказом, Каплан решилась на индивидуальный террористический акт от своего имени и под свою ответственность, как это было принято у эсеров до революции.

Есть данные, что Каплан в августе 1918 года получила согласие именно на индивидуальный акт от члена ЦК эсеров Донского.


 Незадолго до покушения Каплан случайно встретилась с бундовцем и меньшевиком Александром Иоффе. Он вспоминал ее слова, что у нее руки чешутся убить Ленина. Вы полагаете, это была не бравада?

Встреча состоялась 29 августа. "Когда не было деления на правых и левых эсеров, а были просто революционеры, они не задумывались снимать головы живым истуканам. Я не Шарлотта Корде, но жить без действия надоело. Надо встряхнуть старых революционеров от спячки", - вспоминал Иоффе ее слова. Полагаю, их нужно воспринимать абсолютно серьезно!


Вообще, насколько серьезно следует относиться к заявлениям Каплан? Широко распространенная версия, которую продвигали как советские, так и антикоммунистическии настроенные авторы, гласит, что она была экзальтированной особой, не вполне психически нормальной?


В чем ценность свидетельства Иоффе? Во-первых, он категорически настаивает, что Каплан на тот момент была вне партий и организаций анархистов и эсеров.


Миф о ненормальности Каплан оказался столь живучим еще и потому, что обыденное сознание не в состоянии понять мотивы, толкавшие революционеров на самопожертвование.



В литературе распространены три довода в пользу непричастности Каплан: свидетели не видели стрелка из-за темноты, при этом задержали Каплан не на месте покушения, а на соседней улице; слабое зрение; по воспоминаниям шофера Степана Гиля, Ленин, придя в себя первым делом спросил: "Поймали его?" Что вы скажете по поводу таких аргументов?

 Если уж превращать историческую трагедию в детектив, то я замечу, что 31 мая 1918 года время сдвинули на два часа, и в момент покушения ночь еще не наступила. Свидетели действительно не видели деталей, но ни один не ссылался при этом на темноту.


Осенью 1917 года Каплан была сделана операция в харьковской глазной клинике доктора Гиршмана, и после этого нет свидетельств того, что она как-то особенно плохо видела. Нижегородский боевик-рабочий Соколов утверждал, что слышал, что Каплан проверяла свое умение стрелять, и из пятнадцати револьверных пуль четырнадцатью поразила мишень.

Из 17 свидетелей, приведенных с места покушения председателем Московского ревтрибунала Дьяконовым, семь человек говорили, что стреляла женщина.

Отсутствие подписи: Сама Каплан отказалась подписывать первый протокол допроса в Замоскворецком комиссариате. Вместо неё стоят подписи свидетелей задержания. Более поздние протоколы на Лубянке она также подписывала неохотно или частично

Минимум конкретики: Из опубликованных материалов видно, что Каплан взяла всю вину на себя, назвалась «одиночкой» и категорически отказалась выдавать сообщников или называть тех, кто дал ей оружие


названию материалов--Книги о Ленине
Дело Фани Каплан - Следственное дело Фани Каплан

   
Содержание материала

    Дело Фани Каплан
    комменты Литвина
    Каторжное дело Фани Каплан
    Следственное дело Фани Каплан
    Все страницы

Мои родители в Америке. Они уехали в 1911 году. Имею четырех братьев и три сестры. Все они рабочие. Отец мой еврейский учитель. Воспитание я получила домашнее. Занимала в Симферополе [должность] как заведующая курсами по подготовке работников в волостные земства. Жалование я получала на всем готовом 150 рублей в месяц.

Самарское правительство принимаю всецело и стою за союз с союзниками против Германии. Стреляла в Ленина я. Решилась на этот шаг еще в феврале. Эта мысль во мне назрела в Симферополе, и с тех пор я начала подготовляться к этому шагу.

Допрашивал Петерс.
 Источник:
 
Красный террор был предопределен как захватом большевиками власти в ноябре 1917 года, так и особенно разгоном легитимного Учредительного собрания. В той или иной форме и масштабах, он был неизбежен.
 Свердлов и другие сторонники максимально жесткой линии воспользовались покушением на Ленина для оправдания и легитимации "красного террора" в самом радикальном варианте, выдав его за ответную меру.


На допросе Каплан показала: "Я стреляла по собственному побуждению. Я считаю себя социалисткой, сейчас ни к какой партии себя не отношу".

В заметке, опубликованной 3 сентября 1918 года в "Известиях ВЦИК", говорилось: "Каплан проявляет признаки истерии. В принадлежности партии эсеров она созналась, но заявляет, что перед покушением вышла из партии".