Двадцать лет спустя

Сентябрь струился в окна нитью зыбкой.
Ты здесь – вернулась через двадцать лет.
Молчание хранишь ты, как улыбку,
Горит в которой негасимый свет.

Ты изменилась: сединой и тенью
У глаз, где время вырезало след.
Мы встали – два застывших отраженья,
Которым на двоих сто с лишним лет.

«Я уезжаю, – молвила, не глядя. –
Одна и больше не вернусь назад».
Я на тебя смотрел: седые пряди
Струились по плечам, как водопад.

«Я помню всё», – ответил я беззвучно,
Срывая галстук с шеи, словно крест.
И прошлое меж нами, словно туча,
Разверзлось, и нахлынул чувств оркестр.

Я целовал – как будто шёл по храму,
Где каждый шаг – молитва и вина.
И мы легли, как провалились в яму,
Где даже крик глухой, как тишина.

«Я быть устала сильной и железной, -
Шепча, ты жалась к моему плечу,
И боль, что двадцать лет спала над бездной,
В тебе проснулась. - Больше не хочу».

И я к тебе приник – как возвращенье
В покинутый, но не забытый дом.
Ты закричала – нет, не от смятенья,
От наслажденья снова быть вдвоем.

Потом лежали, слушали дыханье
За шелестом дождя по мостовой.
И вспоминали о былых желаньях,
Покрытых паутиною и тьмой.

«Давай наполним все, что было новью!»
«Не надо, – прошептала мне, – не лги.
У нас лишь эта ночь – как послесловье,
И серые рассветные шаги».

И ты ушла… холодная, чужая,
Пронизывая жизнь мою насквозь.
А я стоял и плакал, не стирая
Со старого лица солёных слез.