Старая дача

После смерти двоюродной тёти, мне как единственному наследнику досталась её дача, недалеко от города. Небольшой уютный домик тихо встретил меня. Когда-то, очень давно, мне приходилось бывать здесь летом. Войдя в дом, невольно замер на пороге. Огляделся и, не торопясь, прошёл в импровизированную спальню. Железная кровать, застеленная с любовью, словно ждала меня.
Мне вспомнилось, как в детстве прыгал на ней, воображая себя космонавтом. Усмехнувшись, я сел в кресло-качалку, которое стояло рядом, погрузился в воспоминания и задремал. Мне снилось детство.
Это не были воспоминания. Во сне я почувствовал себя ребёнком, который бежит, без какой-либо цели, сообщая миру, что он есть.
Проснулся от того, что в комнате стало совсем тихо — так тихо, как бывает только в домах, где время остановилось вместе с последним вздохом их хозяев. Солнечный луч, пробившийся сквозь пыльное стекло, лениво полз по выцветшим обоям, высвечивая танцующие в воздухе пылинки.
В груди саднило. Этот сон, такой яркий и живой, оставил после себя горькое послевкусие. Я снова был тем мальчишкой, для которого весь мир умещался в границах этого дачного участка, а счастье было таким простым и осязаемым, как вкус лесной земляники. Тогда казалось, что лето будет длиться вечно, а тётя — всегда будет сидеть на крыльце, поправляя очки и улыбаясь моим нелепым играм.
Я медленно поднялся с кресла. Скрип половиц прозвучал как чей-то вздох. В доме пахло сухими травами, старыми книгами и чем-то неуловимым, что я называл «запахом детства». Теперь этот запах стал для меня чем-то вроде прощального письма, которое не успел прочитать вовремя.
Подойдя к окну, увидел как за стеклом, в запущенном саду, клонилась к земле старая яблоня, которую мы когда-то сажали вместе. Она выглядела такой же уставшей, как и я сам. В этом наследстве не было ни богатства, ни роскоши, но в каждом предмете, в каждой трещинке на подоконнике виделось отражение ушедшей жизни.
Стало невыносимо грустно от осознания, что теперь я — единственный хранитель этих теней. Проведя ладонью по спинке кровати, чувствуя холод металла, и понял, что приехал сюда не за имуществом. Я приехал, чтобы попрощаться с той частью себя, которая навсегда осталась в этом доме, среди солнечных зайчиков и беззаботного смеха, который больше никогда не повторится.
Вечер медленно опускался на дачный посёлок, укутывая дом синими сумерками. Мне осталось сидеть в тишине, не включая свет, боясь спугнуть призраков, которые сегодня были мне ближе, чем весь остальной мир.