У моста
ветер тёрся о мокрый причал.
Где-то спали дома да квартиры,
кто-то лампу в окне выключал.
Кто-то чай оставлял на конфорке,
кто-то сына укрыл потеплей.
А у моря, на самой дозорной,
восемь ждали недобрых вестей.
Им бы утром вернуться усталым,
снять бушлаты у тёплых дверей.
Им бы жить — и казалось бы малым
просто слышать дыханье детей.
Но беда подошла не по суше,
не с лицом, не с открытой войной.
Шла по чёрной воде, не нарушив
тишины предрассветной, ночной.
И не было красивого слова,
только ветер, металл и вода.
Просто кто-то сказал: не пропустим.
Просто стало понятно: нельзя.
Кораблём заслонили дорогу,
мост, огни и уснувший пролив.
Восемь жизней стояли у Бога,
за живых эту ночь заслонив.
Море било о борт виновато,
дым стелился по чёрной воде.
Кто-то ждал их домой до заката,
но вернулись они не к себе.
Не за славу, не ради приказа,
не за строчку в газетной пыли.
Просто встали у самого края
и черту за собой провели.
А над мостом рассвет поднимался,
и светлела морская вода.
Кто-то утром домой возвращался,
не узнав, что случилась беда.
У моста теперь ветер негромкий,
и волна не шумит, а грустит.
Там остались ребята у кромки —
и никто их уже не сменит.
Свидетельство о публикации №126090208183