О Юнь Ли и Цин Ши Хуанди

Степи нашей Сибири тонули в кудрявом овсе,
За ракитой в цвету разливались узоры прохлады,
Это было давно… или было недавно совсем,
Но Китай не ведет лет своих позади конфусады.

Мы же с вами ведем, грусть о прошлом в строке утолим
Вечной памятью дней, что плывут, как Летучий Голландец,
Как волшебный ковчег, где цвела танцовщица Юнь Ли,
Обманув императора рыбу, в ком Цин Ши Хуанди.

Ты, Юнь Ли, простывала под градами стрел,
А предшественник Тан пил вино из красивого блюдца,
Театралом он был, но сценарий писать не умел –
Карпа в речке сыграв, он сумел без воды задохнуться.

Свой халат развязав, красный поезд до солнца взметнув,
Ты стонала: “Живи за прародину общую нашу”,
Но властитель немел, забывая себя и страну,
Лишь глядел на волну из китайской узорчатой чаши.

Чаша с медной главой вдаль несла рыб летающих киль,
В ней кириллицы знак, иероглифов вечных предтеча,
Как заставить дышать? – вас, собратья, спасли казаки,
За ракитой найдя млечный берег страны Семиречья.

То китайская пасха, единство древнейшей земли
И Сибири, где солнце в ковчегах взметнулось когда-то,
“В чашу яйца сложи,  - говорили казаки Юнь Ли, -
Птицей рыба взлетит, и сумеет дышать император.

Так и сделала ты, куропатку сажая в шатер,
Чтобы яйца снесла, забирая излишнюю влагу,
Сценаристом прослыл Ши Хуанди, великий актер,
Срежиссировав мир, что крылами обнимет бумагу.

Наступил счастья век, лишь на время касалась зима
Древних свитков, что Цин Ши Хуанди от жидкости вытер,
Мы – кириллица в них, а Китай – корабли и дома,
Что в балете твоем собирались из близких нам литер.

Пусть Китай далеко, но дракона в изящной луне
Кормим рисом пайцзы, чтоб летал до багряных шелковий,
Ты вне дома бежишь, показавшись казачкою мне,
Что моря в рог согнет и коня на скаку остановит.

Карп по речке плывет, сделав тигру приветственный знак
В уссурийской тайге, где кипрейи лианой обвиты,
Пусть династия Тан никогда не вела себя так,
Прыгнем вместе с ковчега Конфуция вплавь до ракиты.


Примечания

Но Китай не ведет лет своих позади конфусады – Конфусада – время правления династии Тан, основателей единого древнекитайского государства. Приблизительно 4,5 тысячи лет назад. До этого времени существовала легендарная Ярокития, Ракита, единая держава России и Китая.

Карпа в речке сыграв, он сумел без воды задохнуться – действительно, император Ши Хуанди любил театр и, обладая выраженной акцентуацией истероида, стал задыхаться без воды, сыграв рыбу в одном из спектаклей. Но на тот момент он не обладал внутренним содержанием, необходимыми любому человеку шизоидными чертами, которыми и наполнила его танцовщица Юнь Ли.

Чаша с медной главой вдаль несла рыб летающих киль – легендарная чаша древнего Китая, где могла закипать холодная вода, и где помещались яйца. Возможно, помещать в чашу яйца Юнь Ли посоветовали семиреченские (семерококуевские) казаки.

Мы – кириллица в них, а Китай – корабли и дома, что в балете твоем собирались из близких нам литер – по приданию, в Китае прежде иероглифов тоже была кириллица. Буквы кириллицы, соответствовавшие определенным фигурам китайского балета, собирались в иероглифы в танце, что и отображено на сей древней чаше.