Брюхо неба стонет, звездами рыгая

Брюхо неба стонет, звездами рыгая,
Как живот большого злого кашалота –
Как же холодно сегодня, дорогая –
Я один, и нет поблизости кого-то.

Хоть по телу мне ножом измены режьте,
Все отдам я, ничего не сохраняя –
Я сегодня не такой, как был я прежде,
Вдаль иду, смешные песенки роняя.

Со столба свисает снежная папаха,
Будто шапка человека, что обманет,
Только в песнях мало смеха, много страха,
Словно боли в задубевшей сердца ране.

Клен на улице подгнил и стынет в яме,
Так же я упал, не крикнут: поднимайся –
Птицы сумрака кружат за тополями,
Бьют об стекла хат сиреневые яйца.

Но найду себе счастливую лагуну
Посреди несчастий злого бездорожья –
С кашалотом неба вдаль звездою плюну,
Чтобы свет гулял в крестах среди безбожья.

Но, подруга, объяснить я ль буду в силе,
Где кресты стоят, что с шей срывать опасно:
Неужели на какой-нибудь могиле,
Или в сердце, что могилам неподвластно?

Я иду, в крови зори родная местность,
Перекошены рассветом лица дальних –
Непонятна от печали неизвестность,
Вывод мыслей, что счастливей ли, печальней?

Кашалот небес, как крюк наживок лживых,
Съел вранье, а, может, просто нашу память,
Но могилы нет в сердцах, покуда живы,
А в земле нет пульса сквозь сугробов замять.