Там, где ветер, как беглец чуть живой

Там, где ветер, как беглец чуть живой,
Прячет тело под шуршащий настил,
Плачет роща пожелтевшей листвой.
Да и я о чём-то вновь загрустил.

Как под ношею, обрюзг и обмяк.
Греюсь холодом на блёклой заре.
Всё пройдёт, и мы пройдём точно так,
Как падёт янтарный звон в сентябре.

Уходящего укутай, печаль,
Чтоб не помнил он себя самого,
Ничего мне в прошлой жизни не жаль,
Так как в жизни не вернуть ничего.

Ты на быт наш, как на рощу, взгляни,
Та же осень в ней видна без труда:
Увядают пожелтевшие дни,
Словно листья, облетев в никуда.

Только новых не родится опять,
Вновь не будем мы с тобой шелестеть,
Лишь зимы кудрявой хрупкая прядь
Охладит души остывшую медь.

Для чего же помнить грусть и вину,
Если память наша недорога?
Потому паду в сугроб и засну,
Лишь покроются снегами луга.

Но тверда мне ледяная кровать.
Не ласкает в ней метельная муть,
Оттого ль не хочу обрывать
То, что можно до весны протянуть.

Май придёт, моим ли шелестом фраз
Подметётся увяданье во мрак…
 Может, что-нибудь распустится в нас,
Чтоб листвою загудеть просто так?