Кладовые души

Не всякий свет рождается в окне —
иной живёт в обычном разговоре.
Кто сам богат, тот щедр и в тишине:
найдёт жемчужину в чужом узоре.

Красавица идёт — и вслед за ней
невольно обернутся на мгновенье.
А ей милей смешинка у детей
и чьё-то незаметное смущенье.

Художник остановится у стен,
где детский мел оставил солнце криво.
И улыбнётся так, как будто в нём
ещё жива способность видеть диво.

А сильный остановится на миг,
увидев чьи-то сгорбленные плечи.
И рядом станет — без больших речей,
чтоб стало чьё-то бремя чуть полегче.

Зависть звенит пустым ведром в сенях,
обида пахнет залежалым хлебом.
В таких домах не держится весна —
ей тесно рядом с сумрачным соседом.

И только тот, чья кладова пуста,
всё ищет пыль на праздничной посуде.
Не замечая: пахнет пирогом
и яблоками в старом тёплом блюде.

Не меряй душу золотом и злом —
богатство сердца видно за порогом.
Там хлеб ломают за одним столом,
где даже тишина согрета Богом.