На до и после

Двадцатый год ворвался тишиной,
Бедой незримой постучался в двери.
Весь мир окутан был холодной мглой,
И мы считали горькие потери.

Тогда казалось — это край земли,
Дыханье прерывалось в стенах белых.
Мы самых близких вовремя не спасли,
Молитвы в небо улетали несмело.

Когда же время перестанет нас делить
На «до» и «после», на живых и вечных?
Как эту боль в груди нам заживить,
И где предел разлук бесчеловечных?

Опять чернеют вдовий взор и шаль,
Сыны и мужья уходят в пламя боя.
О, Господи, сожми свою печаль,
Верни нам мир и тишину покоя.

Едва успели раны затянуться,
Два года пронеслись, как быстрый сон.
Но новым эхом крики раздаются,
И колокольный слышен перезвон.

Опять повестки, марши и вокзалы,
СВO разрезало судьбу пополам.
И снова слёз пролито немало,
И снова похоронки по домам.

Сначала вирус, а теперь — свинец,
За что же нам такие испытания?
Когда настанет войнам всем конец?
Когда затихнет скорбное рыданье?

Мы, женщины, мы рождены любить,
А не встречать гробы своих кумиров.
Мы просто просим: дайте право жить
В свободном и простом, спокойном мире.

Когда же время перестанет нас делить
На «до» и «после», на живых и вечных?
Как эту боль в груди нам заживить,
И где предел разлук бесчеловечных?

Опять чернеют вдовий взор и шаль,
Сыны и мужья уходят в пламя боя.
О, Господи, сожми свою печаль,
Верни нам мир и тишину покоя.

Верни нам веру…
Забери наш страх…
Пусть сыновья останутся при нас.


Рецензии