Храни меня, предивный Серафим...

Храни меня, предивный Серафим,
В земном раю – в моём краю медвежьем.
Тропинки вьются, словно серпантин,
От весей до скалистых побережий.

Здесь бродит зверь – глубокий, влажный след
Впечатан тяжкой лапою в суглинок.
Когтистый след… К приметным скалам нет
Ромашковых и солнечных тропинок.

Валежник – тёрн – гряда седых камней –
Канавы зыбь – и вновь глухой валежник.
Открытый солонец меж дряхлых пней.
Разлапистый, расхристанный орешник

Швыряет мне в лицо огонь листвы,
И огненной пощёчине я рада –
Я к мысу продираюсь сквозь кусты.
Сквозь ливень золотого листопада

Мне чудится неистовый прибой,
Грохочущий и рвущийся на скалы.
А небо… сколько неба надо мной!
Но сердцу  и лазурной бездны мало…


Рецензии