Мелодическая делюзия Человарова

МЕЛОДИЧЕСКАЯ ДЕЛЮЗИЯ ЧЕЛОВАРОВА


7:28. Воскресенье. Утро. Погоже. Солнце, непонятно как вися в синеве дневного космоса, упоительно играет на рубиновых гроздьях калины, на мистически бордовых лепестках роз, на кустах лимонно-мандариновых бархатцев, на ярком многоцветии хризантем, радужно искрит росой на сочно-изумрудной траве… Тихо. Желтеющие листья берёз не шелохнутся. Воздух прохладен и духмян.

Послышались голоса, затарахтел трактор – соседи начали убирать картошку.

Дарья Михайловна оседлала свой велосипед, поехала в храм. Георгий Васильевич выставил на дорогу мешки с мусором, попил кофекао с бананом и творогом, сел за компьютер. Душа полна любви и красоты, но произведение опять не удалось вывести в полный объём насыщения:

Хорошо.
Хорошо,
хоть стучи на ведре Марсельезу…
А тому,
кто в дряхлеющем, старом дому,
доживает болезненный век,
хорошо ли ему?

Задумался:
О ком это я, и причём тут Марсельеза?.. Марсельеза – патриотический гимн французской революции… патриотический… патриотизм – любовь к своей Родине, чувство привязанности и преданности своему народу, культуре, традициям и земле, на которой ты живёшь… это в общем и целом, а в частности что?.. или кто?.. кто… интересно куда ощущение приведёт… – закрыл глаза, вслушался, – Петрович… Анатолий Петрович Прокопенко… точно, он ждёт меня… ему осталось жить в этом мире быть может два понедельника и он желает скрасить последние дни любимым занятием и общением с хорошим человеком… Дашенька сказала бы, что я нескромен или даже нагл… пусть нескромен и нагл, но правдив – ведь если бы я не был хорош, вряд ли старик стал бы меня звать на помощь, и вообще, разговаривать со мной…

Георгий Васильевич засобирался. Сперва хотел ехать на двухподвесе – он ярко рубиновый с перламутровым отливом в глубине – карнавальной красоты велосипед… но вдруг передумал: поеду на самокате, он исполнен в абсолютно чёрной строгости, как в монашеской рясе – в такой ипостаси старик меня ещё не видел…

Самокат – особый вид транспорта. И удивительный тренажёр. И что особенно забавно в глубине рассмотрения, главная нога не та, которой машешь, а та, на которой стоишь, ибо вся нагрузка на ней. Маховая, можно сказать, отдыхает во время езды – вот почему важно почаще менять ногу, особенно, когда вкатываешься в горку. Впрочем, в горку и маховая нога «пашет»… как и всё остальное тело… Словом, устройство не просто развлекательное, но и самое что ни наесть спортивно-оздоровительное… а если на душе музыка, то и песенно-танцевальное…

Машина у дома. Калитка в огород заперта на крючок снаружи. Дверь в дом заперта изнутри – значит, старик здесь.

Человаров постучал в дверь – тишина. Ещё постучал в дверь – так же. Взял палку, через штакет палисада, постучал в окно. Послышалось шевеление, в окне показалось встревоженное лицо старика. Увидев и узнав пришельца, лицо заулыбалось и поспешило к выходу.

На изнурённом жизнью, болезнями и старостью желтовато-землистом с синюшными пятнами лице сияла радостная улыбка.
- Всё же приехал… ну, здравствуй, дорогой!
- И тебе не хворать, Анатолий Петрович!..
- Проходи в дом.
- Нет, давай лучше здесь поговорим… смотри, какая погода!..
- Ну, давай здесь… – Прокопенко хромая спустился с крыльца, присел на завалинку.

Человаров серьёзно:
- Как съездил в город, что сказали эти, кандидаты в доктора?..
- Дурдом!.. Волокита – всё через терапевта… а к нему очередище…
- В итоге?
- Выписал направление к кардиологу… на девятое сентября…
- Опарышей купил?
- А-а-как же, рыбалка – это святое!

Продолжая празднично улыбаться, Человаров думал: сердце барахлит, язык еле ворочается, ноги с трудом передвигает, а думает о страстном развлечении… и меня тянет за собой… а если что случись там, вдали от людей и дорог – что мне с ним делать?.. машину водить не умею, искусственное дыхание понимаю лишь теоретически, практически не приходилось… эпилептикам помогал – да, правда в составе других помощников… ответственность и морока… ради чего?.. чтобы он поймал и замучил трёх несчастных плотвичек, и по ходу мне просверлил мозг своей биографией, которую я уже слышал раз семь… сострадание, соболезнование, сочувствие?.. интересно, каково будет мне когда, я достигну его состояния – тоже буду искать жертву, энергетического донора?..

Прокопенко откровенничал о своей прошлой жизни: о рыбалках, о драках, о заключении, о работах, о погибшем сыне. Вдруг старик толкнул Человарова в плечо:
- Ты меня слушаешь, нет?
- Слушаю, слушаю… думаю, в какое место поехать…
- Главное, поехать…
- Это для тебя…
- А для тебя?.. ой, давай пересядем в тенёк – а то, что-то солнце палит, голова кругом идёт и задыхаюсь…

Пересели. Георгий Васильевич решил сменить тему:
- А ты глянь, на чём я к тебе приехал… прикатил… прискакал…
Старик улыбнулся:
- У детей отнял?..
- Нет, этот для взрослых – 150 килограмм выдерживает… тормоза дисковые…
- Электрический?
- Нет – ногами надо махать… хочешь попробовать?..
- Спасибо…
- Спасибо – да, или спасибо – нет…
- Нет.

Поговорили ещё о чём-то незначительном. Старик вдруг посерьёзнел.
- Значит, не поедем на рыбалку?
Человаров обрадовался: вот он элемент мистики, он получил извещение о моём противлении. А вслух прямо сказал, и коротко:
- Нет, не поедем… мы же с тобой и так хорошо общаемся… я же к тебе…
- Боишься ответственности за меня?
- Боюсь… боюсь не справлюсь, если что случись…
- А за себя не боишься – ведь тоже не мальчик уже?
- За себя не боюсь.
- Вот и я за себя не боюсь… к вечеру жара спадёт, один поеду… не пропадать же опарышам…

Человарову стало легко и просторно, словно мешок картошки свалил с плеч.
- А у меня к тебе интересный вопрос, Анатолий Петрович…
- Давай, люблю интересные вопросы…
- Только договоримся – с ответом не спеши… хорошенько подумай… ответишь в другой раз…
- Давай, давай, не томи уже…
- Вот скажи мне, только не однозначно-коротко, а пространно-живописно, как ты умеешь, с глубоким погружением в суть предмета…
- Давай, давай уже…
- Что для тебя есть рыбалка и чем отличается ловля на поплавок от ловли спиннингом?
- Ну, это просто! Щука…
- Стоп, стоп, стоп! Мы не так договорились…
- Ладно, подумаю… а тебе зачем, у тебя разве не то же самое?.. мне кажется у всех одинаково…
- Думаю – нет, хочу сравнить выводы… Ну, всё – как говорят любители телефонных бесед, до связи…
- Давай… привет жене…
- Взаимно!

Когда Человаров присамокатился к своему дому, велосипед жены стоял во дворе, а сама она пекла яблочные пироги.
- С праздником! Тебе привет от Петровича!
- Всё-таки ездил… я же сказала, он тебя заарканил…

7:43. Понедельник. Пасмурно, но без дождя. Человаров отшлёпал стишок и сразу к жене:
- Вижу, не спишь, послушай, что получилось:

Сентябрь. Осень. Тишина.
Успению природа предаётся…
А человечеству неймётся –
Оно кипит в любые времена…

Дарья Михайловна улыбнулась:
- Хорошо, но сегодня ещё август…
- Какое число?
- Тридцать первое…
- Не критично… погода осенняя…

За завтраком Георгий Васильевич опять нахваливал пироги:
- Какие чудесные пироги… оба с яблоками, но на вкус разные…
- Этот с кусочками яблок, а этот с яблочным пюре и с корицей…
Вдруг вспомнил и спохватился:
- Дашенька, отрежь мне от каждого пирога по куску и заверни…
- Зачем тебе так?
- Хочу угостить Петровича – он один живёт… его жена самозабвенно любит городской колорит…

Поехал на красном, прекрасном двухподвесе. Машины у дома не оказалось. Дверь на амбарном замке.
Мысли забегали в голове: сегодня прохладно, очевидно, с утра на рыбалку уехал… а вдруг он со вчерашней вечёрки не вернулся?.. сердце остановилось и бедолага так и сидит с удочкой, застыл, не дышит…

Человаров мчался домой не чувствуя педалей под ногами. Писательское воображение живо писало ему самые яркие и трагические картины смерти…

Переоделся, взял спиннинг, на случай если старик жив и сидит себе любуется на поплавки, тогда и он порыбачит. Накинул на плечи рюкзак, крикнул жене:
- Я на рыбалку!
- С Богом!

Он ехал крайне быстро, насколько хватало дыхания и сил. Воображение и тут рисовало ему впечатляющие события:
Вот он приезжает на место, видит, стоит машина старика, дверь нараспашку, старик неподвижно сидит за рулём, глаза закрыты… Человаров подбегает:
- Петрович, ты жив?! Петрович…
Молчание. Щупает пульс. Есть. Слава Богу! Аккуратно переваливает старика на пассажирское сиденье… начинает вспоминать, как заводить и управлять машиной… вспомнил – хоть и плохо, но учился когда-то в автошколе, и давно просроченное водительское удостоверение где-то хранится… завёл, включил скорость… блин, велосипед забыл!.. выключил скорость, вышел из машины, сняв колёса, впихнул велосипед в багажник… и тут замечает, заднее колесо машины спущено – прокол… ёпртд! – вот это морока... морррочищщще!..
В других вариантах старик был мёртв.

Реально же, Человаров объехал все любимые места Прокопенко, но того нигде не было. Подумалось: он мог и за грибами податься, но его грибные места мне не известны. Эта мысль немного успокоила Георгия Васильевича, он собрал удочку и стал метать блёсны. Но щука не брала, да и в настроении не было тяги к игре. 

На обратном пути проехал мимо дома Прокопенко. Машина стояла на месте, дверь в дом заперта изнутри. Жив. Слава Богу… за всё…
 
- Так скоро? – удивилась жена.
- Что-то не задалось… видимо, усталость накопилась… есть хочу… и рюмочку пропустил бы…



01.09.2026