Василию Жарикову

Когда ему пошёл всего-то
Лишь двадцать третий-то годок,
То появились хлопоты, заботы,
Поехал во Владивосток.
И вот поднялся в депутаты,
Повторно принимал награды:
Подарок от царя богатый
За совершённые им вклады,
За труд почётный и усердный
Во время буйных эпидемий,
В этой задаче непомерной.
В ней не было простых решений.
И с ним контракты заключали
На возведение колодцев,
Мостов, подпорных стен. Звучала
Фамилия среди торговцев,
Поскольку передал внаём
Часть своего родного дома.
Рассказ на этом не прервём,
Пусть будет каждому знакомо
Это прославленное имя
И то, как стал везде известным,
Ведь не кичился пред другими.
И был оценен повсеместно.
А, чтобы человека вовсе не забыли,
То наши власти в честь него назвали
Одну из улиц. И тогда мы приоткрыли
Того, кого все раньше признавали,
Который был известным меценатом
И много совершил для нас с тобою.
И в репутации замысловатой
Таится то, что свяжем с добротою.
А особняк теперь в ужасном состояньи:
Весь в трещинах, полы прогнили.
А это же культуры нашей достоянье.
Как жаль, что им не дорожили.
И вот пойдёт с торгов аукциона,
И город потеряет памятник навечно.
Очаг постигла участь Вавилона:
Ведь жизнь усадьбы так была недолговечна.
Ещё овраг есть номеном известного купца.
Когда-то был большой, потом – засыпан.
Эти остатки и сейчас же можно созерцать:
А был фактически совсем неслыхан:
Внушителен величиной своей.
И ни дай бог кому-нибудь свалиться.
Теперь напоминанье прошлых дней,
Веков, что уж не смогут повториться.
26. 10. 2025