У Пречистой, Казанской...

У Пречистой, Казанской иконы,
Там на Площади Красной в Москве,
Долго бил поясные поклоны
Полюбивший Россию навек.

Человек быд наёмным солдатом,
Полюбил Богородицы лик,
Ничего мне уж Боже не надо,
Лишь бы жажду души утолить.

Золотистый залив в каждом всхлипе,
Пряный шелест, парит тишина,
Эх, святые, Христа лишь спасите,
В сердце русском сшивая сердца.

Пусть анфас будет строгим, янтарным,
Двоеперстный, взмывающий жест,
Ведь служивый, мужик багодарный
В баговест превратит каждый крест.

Он не русским был прежде, из Рима,
Из Неаполя мать и отец,
Но устав от жестокого мира
Русским стал наш наёмный боец.

Как обласканный, нищий ребёнок,
Пусть впервые творит часослов,
Прежде был то нерусский подонок,
Что лишь знал пару скаредных слов.

Но бывает, свершилось ведь чудо,
Под пречистым покровом цариц,
Было страшно солдату и худо
В мире лютых гробниц и блудниц.

Но он стал видно русским от горя,
В сотый раз повторяя - Прости!
Кто постигнет кровавое море,
Тот Христа сможет в сердце спасти...

До небес ведь ободраны руки,
Было дело, горел тот солдат,
Принимая жестокие муки,
Знать услышал Казанский набат.

Шестопсалмие, символы веры
Под камлание скорбных высот,
Стал Серджо просто нашим, Сергеем
От Уфимско - Казанских щедрот.

Нестерпимый озноб, вспыхнет поле,
Загудит вдоль безмолвий мольба,
Русским стал ты по Вышнего воле,
Снявши душу Вселенной с креста!
Эх, Серёга, молись, был ты болен,
Но прошла ведь души немота,
Как священная тишь колоколен
В обрусевшем Русь трижды чиста...
Ставши Русским, ты будешь свободен,
Осознавший Кровь Бога солдат...