Может, встать с петухами,
и в утреннем холоде,
ёжась, выйти на двор,
попрощаться с озябшей землей,
пролететь на попутке,
сойти в ошарашенном городе,
затеряться в толпе, превратится в окурки сор.
Пошататься без дел среди мата и гула моторного.
Отдохнуть головой и понять: «Это всё не твоё!»
Встать на трассе и вспомнить про хитрого серого ворона,
что ворует овсянку в набегах у пса твоего.
Про толпу голубей и галдящих сорок озадаченно,
кошек, ждущих подачки пушистой вертлявой толпой.
Это всё про меня, это всё для меня предназначено,
хоть и был я когда-то асфальтовый и городской.
И добравшись до дома, где друг меня мордой попотчивал
и растрогал до слёз, обсопливив своим языком,
понял сущность живого и мертвого жирного прочерка,
что лежит, как покойник в бетонном гробу за бугром.
Свидетельство о публикации №126090108521