Церковь

Брошу творог в ведро для раствора с яйцом,
Чтобы церковь сложить за сезон с камнерезом
И смиренно играть с кирпичом мастерком,
Четкость линий блюдя по-крестьянски с отвесом.

С ватерпасом стою, рассчитав каждый шаг,
Для решения стен с толщиною простенков,
Потолки распишу, чтоб дрожала душа,
Закружилась плясуньей в безумном фламенко.

Выйдет старый монах из повозки кряхтя,
И расстелет дары, что прислала обитель,
Краски, кисти, махру да Андреевский стяг,
Три рулетки с лопатой и бархатный китель.

На лесах поднимусь с чертежами с колен,
А внизу дым и шум громового Ваала,
Новый цикл начался с штукатуркою стен
И с промазкою швов поперечных в подвалах.

Дни текут в суете, как по Волге осётр,
По числу кирпичей кубометрами в кладке,
Мною был бы доволен великий царь Пётр,
Что у зодчего все на площадке в порядке.

Царь усатый сказал бы: "Давай порадей,
Для отчизны родной без единого стона,
Чтоб бледнел басурман, как последний злодей,
Посмотрев на узор белокаменный оный".

В белом кружеве стен купола подчеркнут
Стройность линий бегущих и что в них таится,
Как с раствором ткачи-подмастерия ткут
В благолепии лик Магдалены блудницы.