Беззубое бессмертие

Часть 1. Пираньи

В глуши лагун, где мутных вод слои
Смывают след испуганных зверей,
Таится стая средь подводной мглы,
Не зная страха, суши и царей.

Там под коврами из плавучих трав
Кипит хаос прожорливых пираний.
Речной закон суров и нелукав:
Здесь нет пощады, жалости и граней.

Их зубы — бритвы. Чуя каплю крови,
Они во всплески мчатся тёмных вод.
Один мгновенный вспыхнет миг улова —
Никто от них живым не уплывёт.


Часть 2. Вампир

В промёрзших безднах каменных дорог,
Где свет неона режет темноту,
Он брал с безумных улиц свой оброк,
Ловя чужие жизни на лету.

Багровый след стекает по губам,
В глазах застыл холодный вечный лёд.
Но этот пир, привычный городам,
Покоя зверю больше не несёт.

Угас неон. Он в городе один,
Вскипает грусть в измученной груди.
И улетает ночи господин
Туда, где Амазонка впереди.


Часть 3. Плавучие луга

Над Амазонкой догорает ночь,
И южный крест мерцает в вышине.
Уставший странник прогоняет прочь
Осколки мыслей в мёртвой тишине.

Плавучий луг, вдали от берегов,
Дрейфует плавно средь уснувших лоз.
Скиталец ночи сбросил груз оков,
В тиши лагун, в кольце далёких звёзд.


Часть 4. Атака

Но вскипятила зеркало воды
Слепая бездна кровожадных глаз. —
Беглец впотьмах не унесётся от беды,
Разрезан снизу весь зелёный пласт.

Река вскипает, сорван весь покой,
И сотни бритв впиваются впотьмах.
Пришелец ночи скрылся под водой,
Оставив плоть в безжалостных зубах.

Беспомощный и белый остов твой
Сквозь мутный ил спускается на дно,
Где вечный мрак, коряги и покой,
И всё навек рекой погребено.


Часть 5. Возвращение фантома

Но дух бессмертен. Из речной глуши,
Смывая кровь и этот страшный рок,
Взлетает тень разорванной души,
И улетает в каменный чертог.

Он мчится над безмолвием лесов,
Где влажный мрак качает тишину,
Назад, в неоновый приют грехов,
Чтоб вечно проклинать свою вину.


Часть 6. Опустошение

Знакомый бар. В тени ночных завес
Друзья справляют свой вампирий пир.
Но для него закрыт хрустальный мир —
Он только тень, упавшая с небес.

Они пьют кровь. Багровый тёплый след
Течёт по их улыбчивым губам.
А он глядит, чужой своим друзьям,
Потерянный для жизни и побед.

Бессилен дух. И выжжена гортань,
Не утолить бушующего зла.
В застывшем взоре — призрачная грань,
И вечный голод изнурил дотла.