Егерь

Когда ублюдку в руки власть дана,
От зла и бед не затворишь ворота.
Зачем гонять по дебрям кабана?
На человека веселей охота.
Беги, дурак, скрывайся за листвой,
Стрелки пьяны – не каждый выстрел точен –
Упругою играют тетивой
И если видят, радостно хохочут,
Что стрелы в тело егеря вошли.
Ликуют громко, в рог олений дуя.
Одно в своей забаве не учли –
Любимая его была колдунья.
Весь в стрелах, оперивших каждый бок,
Сумев дойти и тихо постучаться,
Израненный он рухнул на порог,
Чтобы навеки с милой попрощаться.
Любимого, издав протяжный стон,
Она пахучим зельем напоила
И древним запрещённым колдовством
Ворота в царство мёртвых затворила.
Селяне жили в страхе много дней
Боялись мести лютой и кровавой,
Что мор нашлёт на скот и на людей
За подлое убийство для забавы.
Но время шло, и страх разжал тиски,
Всё громче меж собою говорили:
«Ушла колдунья в чащу от тоски».
И потихоньку обо всём забыли.
У знати с Богом кровное родство,
Его молитвой чёрной не порушишь,
От смерти не спасает колдовство,
Как ни крути, а егерь отдал душу.
Но в день один, когда накрыли стол
Попировать и побрататься с чёртом,
Он в дом к своим обидчикам пришёл
Неуязвимый потому, что мёртвый.
Посёлок обмер как в кошмарном сне
И молча наблюдал и в страхе слушал,
Как мёртвый егерь в жуткой тишине
Грузил в телегу скрученные туши.
Взамен коня запряг свиней лесных
И, плоть земли сминая сапогами,
Побрёл, а в чаще недругов своих
Прибил к стволам сосновым вверх ногами.
И прятались за каменной стеной,
Молясь богам, дрожащие соседи,
А из лесу летел истошный вой
Под волчий рык и грозный рёв медведей.
Прошли года, но вдруг молва пройдёт
Что кто-то видел, ну а кто-то слышал –
Стоит в глуши за топями болот
Угрюмый дом с покатой серой крышей.
Доселе шепчут, видя сизый дым,
Что там в любви, не знающей сомненья,
Живут колдунья с демоном лесным.
Она до смерти, он – до воскрешенья.