Если любят то позвонят или напишут

В Бийске, где Катунь целует сонный бор,
Где над старым городом плывет туман,
Даша начинает свой ночной дозор,
Выведет на линию родной трамвай.

Рельсы у вокзала мокнут под луной,
Фары вырывают сквер из темноты.
Дарья управляет звонкою струной,
Что связала городские все мосты.

В кабине пахнет краской, снегом и теплом,
Спит рычаг реверсный под ее рукой.
Каждый поворот ей издавна знаком,
И в депо дорога — будто путь домой.

Пассажиры едут сквозь ночную тишь,
Кто-то задремал на жестком дерматине.
«Осторожно, двери», — Даша говорит,
Растворяясь тихо в городской картине.

А когда последний сходит пассажир,
И депо встречает синим светом лампу,
Она достает забытый кем-то мир —
Телефон, что спрятан у нее за рампу.

Взглянет на экран: ни строчки, ни звонка.
Тишина повисла ледяною стужей.
Но не дрогнет Дашина по-детски крепкая рука:
Никому ведь гордость замерзать не служит.

Пусть молчит динамик, пуст почтовый чат,
И луна без спроса смотрит прямо в душу.
Если человека любят — позвонят,
Напишут эсэмэской или просто «слушай».

Сквозь метель до дома. Выключен маршрут.
Кран опущен, щелкнул рубильник обесточен.
Если ждут — они найдут хоть пять минут,
Даже если город спит три ночи очень.

Значит, этот вечер прожит точно впрок,
Для себя одной заваривает чаю.
Не пришедший вовремя писать не мог,
Ну а любит кто — те помнят и скучают.

Просто села трубка где-то у Байкала,
Или замела пургой пути назад…
Если любят крепко — это лишь начало,
Скоро обязательно перезвонят.