за шагом до небесных списков

Остался шаг до подписания документов смерти,
До списков тех, кто навсегда ушел в небо.
Я мерз даже в одежде от слов твоих неверных
Спасаясь лишь нелепой верой в твою любовь.
Не надо мне обмана — покорми меня лучше ядом,
Пообещай хотя бы чтобы я увидел твой взгляд
Когда буду там, сверху...
В час ночи, заблокировано сердце от всей грязи,
Я понимаю, как тоска съедает глухо меня и мои мысли вслух.
В полночь я сижу опять в углу весь забитый до коликов дрожи,
Тошнотный ком катится прямо к горлу вплотную.
Я не жалею себя нисколько,
Я жалею ту, что любила меня такого .
Я не дарил тебе много духов и в животе блёсток
Лишь нежность слепую нести пытался вслух.
Я выл в четырёх стенах, пытаясь достучаться до тебя
Пока от ожидания не оглох и не оглохнуть успел дух.
И чтобы сжечь дотла неразделенную муку,
Я отдал жизнь в форму и в пороховой дым.
Ушел на фронт, покорно выбрав ту разлуку,
И чтобы ты больше не смогла меня поймать, увидеть и что-то мне сказать
Где взрыв снаряда делает свинцово-немым.
Под свист свинца пробита моя грудь, и сердце выскакивает наружу
Стучит в последний раз, ломая тишину...
А ты живи. Тебе мой голос больше и не нужен:
Ты не скучаешь больше, провожая ту нашу весну.