За гранью тьмы
Ключ медный мне ладони греет, как мгновенье.
Оставлена свеча, дверь приоткрыта в темноте,
Иду я вновь туда, где тишина сулит спасенье.
Каждая комната помнит,
Каждая ступенька поддается.
Я чувствую скрытый механизм,
Вращающийся под слоем глины моё солнце.
Здесь эхо ушедших жизней бьется,
И тени ложатся на картины.
Весь дом оживает и смеётся,
Скрывая опасные глубины.
Проведи меня за границу,
За колокол и погребённое пламя.
Если тьма хранит твой ответ,
Я научусь произносить его имя.
Нарушив столетний, священный запрет,
Мы ступим на землю, где холод и иней.
И там, где погаснет последний рассвет,
Твой шепот расправится чёрными крыльями.
Разрушенный берег под пылью на карте,
Где кровью запятнаны наши следы.
Мы были как призраки в этом адском марше,
У самой опасной и тёмной воды.
«Прилив наступает», — сквозь вздох говоришь ты,
«Прилив подождет», — отвечаю я вновь.
Но стрелки часов, словно старые спицы,
К древним воротам зовут нашу кровь.
Там, за чертой, темнота исходит голодными мыслями,
И старый засов покрывает сырая, глухая позолота.
Мы мерим остаток пути уходящими числами,
Бежав от волны, что уже поглотила кого-то.
Не мы исчезли,
Мы - не последний звук.
Внимая этой бездне,
Слышны удары рук.
Прижав ладонь к родному потолку,
Где каждый шорох до предела мил,
Мы чувствуем сквозь вечную тоску,
Как бешено вокруг вращается весь мир.
Проведи меня за границу,
За колокол и погребённое пламя.
Если тьма хранит твой ответ,
Я научусь произносить его имя.
Нарушив столетний, священный запрет,
Мы ступим на землю, где холод и иней.
И там, где погаснет последний рассвет,
Твой шепот расправится чёрными крыльями.
Когда последняя дверь в темноте распахнется,
И пол под ногами совсем перестанет сопротивляться,
Земля под уставшим стремленьем от сна содрогнется,
И нам суждено будет навсегда распрощаться.
Я унесу с собой то, что ты мне оставил,
Среди этих стен, вопреки тишине, векам и во имя...
Нарушив оковы тяжелых и каменных правил,
Я пронесу этот дар сквозь священное пламя.
Свидетельство о публикации №126083105204