На арамейском

Иисус с учениками говорил на арамейском,
На древнегреческом Евангелие прочли.
С него был перевод старославянский,
По-русски слышим мы его стихи.
Меж языками и культурами нет точных соответствий,
На выбор смыслы допускает перевод,
Всего лишь человек рассказчик, переводчик
В клубке жестоких войн, гонений,
Как быть, узнать, чему учил Христос.
Вначале было Разуменье,
Таким быть должен перевод другой
Строки той знаменитой Иоанна,
Который предлагает Лев Толстой.
Ученье то, что сказано самим Иисусом,
Все добавленья не нужны,
Останутся простые смыслы,
И переводом стать они должны.
Достаточно всего лишь разуменья,
Понятные для всех слова,
Простые наставления, их мало,
Не нужно разъяснений им тогда.
Бог, Разумение  внутри, а не снаружи,
Снаружи ада, дьявола и рая тоже нет,
Не нужно представлений театральных,
Чтобы понять Христа завет.
В начале разумение, с рожденьем,
Бог внутренний творит прощеньем,
Как к самому себе к другому,
С непротивленьем злу насильем,
Без Ветхого завета, Разуменьем.
Единый замысел учения христова,
Когда по разуменью в переводе слово.
Без доказательств аксиомой наставленья,
Опорой логике творенья.
Таким, по мненью Льва Толстого,
Должно быть в переводе Слово.
Как его выполнить по разуменью,
Как отнестись к нему с прощеньем.