Она обняла и сказала, братец родненький Вставай

В тишине за той рекой одна
берёза склонилась именно
ко мне, она-то пробудила ото сна.
Обняла, прошептала братец
 родненький: «Вставай».

Тут без тебя затихло всё!
Тот гром и тот перун затих!
Берёза наклонилась, пробудила
ото сна. Она-то обняла и
прошептала: «Братец родненький,
вставай!»

Я на берёзу лишь взглянул
и обомлел: ведь перед ним
стоит сам ангел во плоти.
Она дрожащей рукою меня-то
пробудила и обняла и подняла,

хотя и хрупкая была, она сияла
как хрусталь. И голос ангела:
«Не отстань ты мне, братец
родненький, мне помогай»,
— она сказала, и в тот миг

она затихла навечно, та пуля,
что предназначалася для меня,
она в неё попала, вот такие,
братья, дела. И то, что она сказала:
 «Братец родненький, держись», — я
 буду помнить эти строки до конца.

 Затем раздался выстрел, вы
поверьте, в этот миг меня трясло
от злости, как будто во мне сидит
сам бес. Но вспышку видел и,

не глядя, автомат сплеча схватил
и прямо в ту точку, откуда пуля
начала полёт.