П. Н

Пабло Неруда

ОДА ТОМАТУ

Улицу
заполняют томаты,
полдень,
лето,
свет
разделяется
на две
половинки
томата,
сок
бежит
по улицам.
В декабре
томат
совсем ошалел,
вторгается
на кухни,
входит без приглашения,
спокойно
устраивается
в буфетах,
между стаканами,
маслёнками,
голубыми солонками.
У него
свой собственный свет,
милостивое величие.
Но, к несчастью,
нам придётся убить его:
нож
погружается
в живую ткань,
в красную
плоть,
свежее
солнце,
глубокое,
неиссякаемое;
томат наполняет
салаты Чили,
радостно женится
на чистой луковице
и ради празднества
позволяет
пролиться
маслу,
единородному
сыну оливы,
на приоткрытые полусферы,
перец
добавляет
свой аромат,
соль — свой магнетизм:
на главной свадьбе
этого дня
петрушка
поднимает
флажки,
картофель
бурно кипит,
жаркое
стучит
своим ароматом
в дверь,
пора!
идём же!
и на столе,
на талии
лета,
томат,
земное светило,
звезда
неизбывная
и плодовитая,
нам демонстрирует
свои извилины
и каналы,
величавую пышность
и изобилие
без костей,
без панциря,
без чешуи и шипов,
вручает нам
дар
своего пылкого огня
и полноту своей свежести.