Скала сгоревших девушек

Дюгербий, в краю чегемском живший,
И лицом прекрасен был, и смел.
Жизнь родному краю посвятивший,
Четырех дочурок он имел.
 
Словно звезды яркие горели
Дюгербия дочери. Они
В заводи плескались как форели,
Шелком расшивали чекмени.
 
Старшая, Асыл-Лебяжья Шея,
Загляденьем стала для парней,
И Оймак, вторая, хорошея,
Красотой соперничала с ней.
 
Третья, Кёгюрчюн, под стать богиням
И во славу рода родилась,
С гор в платке она спускалась синем,
Точно в цвет неотразимых глаз.
 
Как никто в горах искусством пенья
Юная владела Жумурук,
Чуть она начнет, и три селенья
Слушать девушку сходилось в круг.
 
Шла молва о девах на Кавказе
И перевалила за Кавказ;
Многие в зятья просились к князю,
Но ответ всегда один – отказ.
 
Князь был горд. О сыновьях мечтал он,
Чтобы с ним сражались наравне.
Не сбылась мечта его, и стал он
Мирных девушек учить войне.
 
На коне Оймак стрелой летела,
И Асыл стрелу вправляла в лук,
Кёгюрчюн  клинком, гидой  владела,
Самострел держала Жумурук.
 
О победах новых хан мечтая
И с мечтой пополнить свой гарем –
Воинов своих лихую стаю
Не преминул снарядить в Чегем.

Безбороды и страшны как черти,
Выросли аскеры у дверей:
- Слушай, князь! Коль ты не хочешь смерти,
Выводи красавиц дочерей!
 
Ярость в гордом поднялась джигите,
Всех избив, не подпустил к дверям.
Кровью их облитый, «прочь бегите»
Приказал он строго дочерям.
 
– Нет, отец! – Оймак держала слово –
Разве ты нас не учил войне?
С ханским войском мы теперь готовы
В бой вступить с мужами наравне.
 
У реки, изранен саблей острой,
Дюгербий сражался до конца.
Все мужи погибли там, и сестры
Не могли похоронить отца.
 
Враг встречает их, готовых к бою,
Но живыми хочет взять их враг.
Предводителя в упор стрелою
Поражает гордая Аймак.
 
Но не стало стрел. Копьем убитый,
Захрипел Асыл любимый конь.
И тогда кремнём из скал добытый,
На защиту им пришел огонь.
 
За завесою огня и дыма,
Руки положив себе на грудь,
Для врагов растерянных незримы,
Девушки на край скалы идут.
 
Жизнью жертвуя и честь спасая,
Сверглись все четыре как одна.
Долго из-за круч не угасая
К небу поднимались пламена.
 
Словно звезды яркие горели
Дюгербия дочери. Они
В заводи плескались как форели,
Шелком расшивали чекмени.
 
Старшая, Асыл-Лебяжья Шея,
Загляденьем стала для парней,
И Оймак, вторая, хорошея,
Красотой соперничала с ней.
 
Третья, Кёгюрчюн, под стать богиням
И во славу рода родилась,
С гор в платке она спускалась синем,
Точно в цвет неотразимых глаз.
 
Как никто в горах искусством пенья
Юная владела Жумурук,
Чуть она начнет, и три селенья
Слушать девушку сходилось в круг.
 
Прелесть их мужам в глаза бросалась –
Каждая прекрасна и горда.
Каждому, кто видел их, мечталось
К сердцу их приблизить навсегда.

Перевод с балкарского Аллы Шараповой