Я исчезну однажды среди почерневших осин

Я зарыл свою боль под промокшей от ливня землёй,
чтоб она не кричала ночами из треснувших недр.
Но земля тяжело задыхалась под чёрной золой,
и мой страх прорастал сквозь неё, словно высохший кедр.

Я укрылся в тумане, где ветер ломал камыши,
где дрожала вода, отражая обугленный лес.
И казалось: ещё один шаг — и не станет души,
и останется только далёкий, распахнутый лес.

Я пытался бежать, но тропинки врастали в следы,
и болота тянули ко дну мои слабые ноги.
Сколько боли бывает в молчании тёмной воды,
сколько страха — в лесах, где уже не осталось дороги.

Я просил у рассвета хотя бы немного огня,
но заря отвернулась, промокнув холодным дождём.
И тогда я услышал, как лес призывает меня:
«Ты не выйдешь отсюда. Ты станешь когда-нибудь мхом».

Я стоял среди веток, дрожа от безумной тоски,
и смотрел, как луна размывается в чёрной воде.
А во мне умирали последние капли любви,
оставляя лишь холод и шёпот: «Не верь. И беги».

Я исчезну однажды среди почерневших осин,
стану пылью в траве, стану эхом в промёрзшем лесу.
Только страх, словно зверь, будет выть из заросшей травы,
Повторяя мне тихо: «Ты жив. Значит — Всё впереди».