Иван да Марья

День хороший был у вас,
Но, увы, и он угас.
И уютный добрый вечер
К вам уже спешит навстречу.
Чтобы было веселей,
Сказочника к вам скорей
Высылаю в этот вечер.
Он уже спешит навстречу.
Сказку новую вещает.
Интересно. Я, то знаю.
 Жил был царь с женой своей.
Его звали Берендей.
И достаток, и покой
 Были в стороне родной.
Только не было детей
Сокрушался Берендей.
Тут пришла ему идея,
Посчитать всё, что имею.
Вот собрался он в поход.
«Справлюсь с этим я за год».
Восемь месяцев прошло,
На девятый перешло.
Всё сумел он посчитать,
И пустил дорогу вспять.
Уж девятый месяц, вроде
К своему концу подходит.
До дворца недалеко,
Но спешить не всем дано.
В чистом поле благодать,
Царь решил здесь отдыхать.
День был жаркий и душной.
Пить хотелось, волком вой.
Царь решил объехать поле,
Чтоб воды напиться вволю.
Мож колодезь, может ключ,
Помоги ж мне кто-нибудь.
Вдруг колодезь пред собою
Видит царь, и он с водою.
Ковшик золотой  на ней.
Подходи прохожий, пей.
Царь за ковшик рукой хвать,
А ковша и не видать.
Долго Берендей сражался,
Только  ковш ему не дался.
Раз ты так, то бог с тобой,
Сам напьюсь я, не впервой.
Стал губами воду пить,
Бороду свою мочить.
Утонула борода,
Но ведь это ерунда.
Вот напился Берендей,
От воды уж всё, скорей.
Хочет голову поднять,
Только силы не хватать.
«Отпусти. Ты кто такой?
Ты нарушил мой покой».
Из воды лишь жуткий смех.
 «Отпущу я для утех.
Только за тобой должок.
Ты его исполни в срок.
Ты отдай, что ты не знаешь,
А иначе прогадаешь».
Царь сказал, что он согласен,
Ведь ответ и так всем ясен.
Я же всё пересчитал,
Тут не может быть провал.
Борода теперь свободна,
И спокойно, благородно
Царь в столицу возвратился,
И, конечно, удивился.
Весь честной его народ
Поздравляет, руки жмет.
«Что случилось, как дела»?
Так царевна родила!
Ты теперь не только царь,
Ты отец, наш государь.
И взгрустнулось Берендею,
Я отдам, что не имею.
Если б мне об этом знать,
Стал соломку б подстилать. 
Царь страдал и день и ночь.
Ведь ему нельзя помочь.
А царевич молодой
Рос как-будто сам собой.
Не по дням, а по часам.
И красавцем вырос сам.
Время шло и Берендей,
Полон творческих идей,
Про должок совсем забыл.
Зло же копит много сил.
Раз царевич на охоту,
Пострелять ему охота,
Собрался и в лес пошёл.
Ох совсем не хорошо.
По лесу бродил он долго,
Только никакого толка.
В чащу тёмную зашел,
Ничего там не нашел.
Видит вдруг поляна рядом,
И манит как будто взглядом.
Впереди одна сосна.
Только чёрная она.
На поляне посерёдке
Стоит липа, стоит кротко.
А внутри неё дупло,
Ох огромное оно.
Вдруг из этого дупла
Вылез старичок. Едва
Он на землю приземлился,
Рот открыл, разговорился.
«Долго ждали мы тебя,
Много лет прошло уж зря.
Берендею передай,
Долг скорее возвращай.
А не то придет беда.
Все погибнут города».
И царевич, наш Иван
Сразу к дому поскакал.
Рассказал он всё отцу.
Краска бледная к лицу
Берендееву пристала.
Радости совсем не стало.
И поведал он Ивану,
Как болит душевна рана.
Что он сделал. «Как я мог.
Я тебя не уберёг».
А Иван : «Пришла пора
Расквитаться навсегда.
Я спасу нас от бесчестья.
Вы останетесь на месте.
Через год коль не вернусь,
Значит я погиб и пусть.
Тайну только сбереги,
И от матушки храни».
В путь царевича собрали,
Латы золотые дали,
Меч и конь, что вороной.
А царица крест святой,
Шею Вани увенчала.
Путешествию начало.
День четвёртый на исходе.
Ваня к озеру подходит.
Солнце за берег заходит.
Вода ровно с бережком,
Засияла вечерком.
Чудно озеро. Оно
Гладко будто бы стекло.
Огляделся наш Иван,
Что же видит, ну дела.
Тридцать уточек плывут,
А сорочки тут как тут.
Все лежат на бережку.
«А возьму ка я одну.
Посмотрю, что приключится,
Что от этого случится».
Уточки же между тем
На берег сошли. Не все.
Что сошли, сорочки хвать,
Стали девами опять,
И мгновенно испарились.
Будто бы во сне приснились.
А тридцатая осталась.
Боже мой, какая жалость.
Ведь сорочки нет, как нет.
Кто бы дал какой совет?
Ваня вышел из кустов,
А ответ уже готов.
Ему утка отвечает:
«Ты царевич так печален,
Ты отдай сорочку мне,
Пригожусь и я тебе».
Он сорочку положил,
Ведь царевич добрым был.
В тот же миг пред ним предстала
Девица красы немалой.
«Раз меня послушал ты,
То спасу я от беды.
Я Кащея младша дочь,
И тебе могу помочь.
Он давно тебя уж ждёт,
Ох сердит. А ты вперёд.
На колени упади.
Он кричит, а ты ползи,
И не бойся ничего.
Всё продумано давно.
Кстати, меня Марьей звать.
Ты Иван, я буду знать».
Топнув ножкой по земле,
Оказалися оне
Под землёй в стране Кащея,
Того самого злодея,
Что страшит честной народ.
Каждый день, и каждый год.
Кащей Ваню увидал,
И такую речь сказал:
«Я тебя жду много лет,
А ответа нет и нет.
Я тебя испепелю,
В мелкий порошок сотру».
А Иван, он на коленях,
Подползает еле-еле.
Кащей глотку пуще рвёт,
А Иван себе ползет.
Тут не выдержал Кащей,
Рассмеялся до ушей.
«Коль меня ты рассмешил,
Ссоры суть ты разрешил.
Но твоё непослушанье,
Требует и наказанья.
Ты три службы отслужи,
А потом и прочь иди.
Нынче поздно. По утру
Жду тебя в своем дому».
Ночь прошла и Ваня наш
Пред Кащеем. «Ты сейчас
Службу нужную мне справишь,
И дворец вот тут поставишь.
Чтобы кровля золотая,
Окна хрусталём сверкают,
Стены мраморные. Так.
А под стенами пустяк.
Сад огромный и с прудами.
Карасей люблю я Ваня.
А не выполнишь заданье
С головою до свиданья».
Ваня в горницу вернулся,
Вечер близко. Он очнулся.
Пчёлка по стеклу стучит,
Мол пустите, говорит.
В комнату она влетела.
Это ж Марья, право дело.
«Что ты грустный и хмурной,
Расскажи-ка, что с тобой».
Ваня всё поведал ей,
Что заказывал Кащей.
«Головы моей он хочет.
Долг верну, нет больше мочи».
Ну, а Марьюшка в ответ:
«Не спеши. Вот мой совет.
Утро вечера мудрее,
Ты ложися поскорее,
И спокойненько поспи.
Ну, а утром выходи,
На дворец свой погляди.
Молоток в руки возьми
И по стенам постучи».
Так и сделал наш царевич.
По утру, какая прелесть,
Под окном дворец стоит.
Сад ветвями шелестит,
А в прудах там караси,
Удочку скорей неси.
Увидал Кащей Ивана.
С молотком стоит. Упрямо
Бьёт по стенам и смеётся,
Хорошо, коль удаётся.
«Ладно выполнил задачу.
А теперь будет иначе.
Тридцать у меня детей,
Тридцать родных дочерей.
Завтра в ряд я их поставлю,
И запомни, это главно.
Ты три раза меж пройдёшь,
И укажешь, а соврёшь
Участь будет всё ж такая,
С плеч головушка слетает.
А укажешь младшу дочь.
Не хочу тебе помочь».
Так Кащей сказал Ивану
И отправился в нирвану.
Наш царевич опечален,
Но пчела стучится в ставень.
«Что случилось, что с тобой.
Кто нарушил твой покой».
Ваня всё поведал ей.
Стало жить повеселей.
«Когда нас поставят в ряд,
Ты на лица брось свой взгляд.
Мы похожи друг на друга.
Отличить поможет чудо.
Будет мушка на щеке,
Ты доверься Ваня мне».
По утру, как сговорились,
Тридцать девушек явились.
Все как на подбор красивы,
И одним лицом едины.
«Ну давай пришла пора
Отгадать, ну, где она».
Рассмеялся тут Кащей.
А Иван идёт скорей,
Мне увидеться бы с ней.
Третий раз меж них проходит,
А царевну не находит.
Вдруг удача, шелохнулась
Мушка на щеке проснулась.
«Вот твоя младшая дочь.
Не могу ничем помочь».
А Кащей: «Не может быть
Тут разгадку раздобыть.
Вот тебе заданье третье.
Через три часа, проверьте,
Ты придёшь, и здесь при мне
Справишь сапоги. Тебе
В общем нечего бояться
С головою распрощаться».
Ваня в комнату вернулся.
Сел за стол и ухмыльнулся.
Коль должок пора вернуть.
Значит Ваня в смертный путь.
Залетела вновь пчела.
Как же вовремя она.
Наш царевич рассказал,
Что теперь то он пропал.
А Мария отвечает:
«Разве ты не замечаешь,
Что мы связаны судьбой,
Ты и я, и мы с тобой.
Ваня я тебя люблю,
Ты доверься, я молю».
«Эх, какой же я дурак,
Полюбить тебя, и так,
Не сказав об этом слово,
Пропадать из-за пустого.
Что же делать нам с тобой?
Руки в ноги, и домой».
Марья дунула в окно,
Бело облачко легло
На стекло и притаилось.
Ну дела, скажи на милость.
А Иван и наша Марья,
Это тоже не случайно,
Дверь закрыли, ключ в кусты.
Не найдёшь его и ты.
Марья топнула ногой,
И они, само собой,
Оказались на земле,
Озеро блестит во тьме.
Конь Ивана тут как тут.
И стрелой пустились в путь.
А Кащей в назначен час
Ждёт Ивана. Вот сейчас
Он его перехитрит
И на плаху водрузит.
Но Ивана нет и нет.
Ну Кащей тогда в ответ,
Посылает своих слуг,
Дверь закрыта, в дверь стук-стук.
А из комнаты ответ,
Скоро буду, всем привет.
Кащей снова подождал.
К Ване слуг опять послал.
А ответ как в прошлый раз.
Ждите, я уже сейчас.
Наконец-то дверь сломали.
А там пусто, без печали
Облачко, что на стекле
Всё хохочет. Страшно мне,
Ведь Кащей, он злобный тип,
Дел сейчас наворотит.
«Ах он окаянный вор,
Дочь украл, какой позор.
Все в погоню, их догнать,
Или вам не сдобровать».
Ване слышится погоня.
Что же делать в чистом поле? 
Марьюшка ему в ответ:
«От меня отцу привет».
Тут же в речку превратилась.
Вам такое и не снилось.
Ваня стал её мостом,
Конь стал вороном, при том,
Не одна теперь дорога,
Целых три. И слава богу.
Ведь погоня, вот она.
Только вот каки дела.
След на мостик показал,
А за мостиком пропал.
Три дороги, три пути.
По которому идти?
Возвратились во дворец.
Тут и сказочке конец.
Но Кащей не унимался,
Он с погоней разобрался.
Речка та, и мостик тот.
Это Марьин оборот.
Здесь меня перехитрила,
Но во мне ещё есть сила.
И в погоню второй раз
Слуг отправил он тот час.
Ване слышится погоня,
Ведь догонят в чистом поле.
Только Марьюшка опять
Чуть-чуть стала колдовать.
И теперь перед погоней
Лес дремучий, они вскоре
Увидали беглецов,
Двое скачут, будь здоров.
Тут погоня припустилась.
Как? Скажите мне на милость,
Леса нет, ни птиц, зверья.
Всё пропало в никуда.
Вновь Кащеевый дворец,
И погоне всей конец.
Тут Кащей рассвирепел.
Сам поеду, что хотел
Доведу я до ума.
Месть моя, она жива.
Ваня чувствует погоню,
Что же делать в чистом поле?
Ну, а Марья говорит:
То родитель мой спешит.
Его сила велика,
Обхитрим его. Пока
Дай свой крест он пригодится.
Наш Кащей церквей боится.
Дальше церкви ни ногой.
А для нас это покой.
                Марья в церковь превратилась,
Конь стал колокол, не снилось
Коню колоколом стать.
А Иван-то глядь по глядь,
Превратился он в монаха.
Нет в глазах уж больше страха.
Тут уже и сам Кащей
С свитой полною своей.
«Ты скажи-ка мне монах,
Проезжал ли кто сейчас
Через эту церковь вашу».
«Всё скажу, не приукрашу.
Тут Иван и Марья были.
Помолились. Не забыли
Свечку за тебя поставить,
Чтоб ты мог спокойно править».
«Значит им така судьба.
Возвращаться нам пора».
Развернул коня Кащей
И до дома поскорей.
А Иван да наша Марья
Путь продолжили. Печально,
Что ждало их впереди.
Господи предупреди.
Солнце уж к закату шло,
А Ивану вишь пришло,
Резко повернуть налево.
И пред ними, как из чрева,
Город каменный стоит
И к себе манит, манит.
«Не ходи туда царевич,
Чую это не безделиц.
Что-то там совсем не то».
А Иван: «Мне всё равно.
Диво дивное оно.
Мне немного отдохнуть,
А потом уж в дальний путь».
«Я тебя здесь подожду.
Чувствую большу беду.
В город ты когда войдёшь,
Пропадёшь ты ни за грош.
Если мальчика красавца
Поцелуешь ты трёхкратно,
То меня забудешь ты.
И не сбудутся мечты.
Здесь тебя я буду ждать,
Белым каменем стоять».
Прождала его три дня,
Нет ни Вани, ни коня.
Значит там случилось то,
Что загадано давно.
Ваня в город тот зашёл,
Встречен был словно посол.
Впереди идёт семья,
Обнимает как родня.
Дочь красавица, сынок
Егоза и краснощек.
И Иван не удержался,
Даже и не сопротивлялся.
Он мальца поцеловал.
Память сразу потерял.
И забыл он, кто такой.
Марьи нет, В душе покой.
Марья камушком лежит,
Свою душу теребит.
«Коль пропал любимый мой,
Потеряла я покой.
Нету жизни без него,
Без любимого мово.
Пусть я буду здесь цветком,
Пусть сорвут меня потом,
И засохну без воды,
Жизни нету без любви».
Тут же лазоревый цвет
В землю врос. Заре привет.
Слезки выпали росой.
Цвет блистал своей красой.
А тем временем старик
Шёл здесь к дому напрямик.
Он цветок заметил сразу,
Красота заметна глазу.
Дед цветочек подкопал
И к себе домой забрал.
Посадил  его в корытце,
Поливал, жизнь как в теплице.
Долг, когда тобой он платен,
То ответ, он многократен.
Утром дед встает чуть свет,
Ну, а в горнице, привет.
Всё почищено, помыто,
Сажа черная отмыта.
В полдень дед пришёл домой,
А обед как постовой,
На столе стоит, не стынет.
Вкусом тоже не обидит.
Хорошо, конечно, так.
Но ведь боязно. Впросак
Дед попасться не хотел,
К ворожее полетел.
Рассказал всё, так мол так.
Ворожея: «Это знак.
Ты проснись до петухов,
И замри, на всё готов.
Если что зашевелится,
Иль во что-то превратиться,
Ты вот этим, вот платком
Всё накроешь. А потом
Сам решай, что делать с этим.
Есть и чудеса на свете.
Так и сделал старый дед.
Рано утром, чуть рассвет
Стал он в доме наблюдать,
Чтоб чего не проморгать.
Вдруг он видит, что цветок
Встрепенулся. Как щенок
Стал по горнице скакать.
И какая благодать.
Где промчится, пыли нет.
В печке варится обед.
Пол помыт и чистота.
А у вас это всегда?
Дед цветок накрыл платком,
Вот и Марья перед нём.
«Ты зачем меня вернул,
Ведь царевич, как заснул.
Кто бы дал какой совет.
Без него мне жизни нет.
Ну а дед: «Ну что сказать,
Надо просто помогать.
Нынче свадьба во дворце,
Ваня твой уже в кольце,
Колдовство сплошное там,
Ваня сделал всё не сам.
Во дворец скорей спеши.
Ты ведь сможешь. От души
Я желаю счастья вам.
Не плывите по волнам.
Надо супротив стихии,
Есть герои в нашем мире».
И Мария собралась,
До дворца вмиг добралась.
И на кухню. «Так и так,
Я хочу испечь за так,
Вкусный свадебный пирог,
Чтоб влюблённым он помог.»
Вот пирог уже готов,
Старший повар, он то мог,
На столе его поставил.
Молодец, что дело справил.
Ваня к торту подошёл
Нож по торту враз прошёл.
И верхушка с торта вниз.
Ты от чуда не хранись.
Ведь в любые времена
Совершают чудеса.
Голубки на стол спустились.
Ни в кого не превратились.
Горлица за голубком
«Ты забудешь всё потом.
От меня не убегай,
Ты Марию вспоминай.
Ведь Иван забыл любовь.
Пусть вернётся она вновь».
Ваня вздрогнул, и очнулся.
Разум вновь к нему вернулся.
Он к дверям, а там она,
Наша Марьюшка, сама.
Конь гнедой копытом бьёт,
Значит всё, только вперед.
В царство славно Берендея
Доскакали, как умели.
Ну а там и пир и гладь,
Ну сплошная благодать.
Свадебку сыграли быстро,
Без гуслей, ну нету смысла.
Это ж музыка души.
Слушай, пой и не дыши.
Ладно, пошутил я, право.
Я там был, всё было справно.
Мёд и пиво, всё рекой.
А теперь вам на покой.
                В. Лапин