Великое пространство Ваджрасаттвы

Ваджрасаттва не приходит, не уходит,
Не рождается, не умирает, не стоит на месте.
Если скажешь: «Он есть», — ты ухватил тень.
Если скажешь: «Его нет», — ты всё ещё думаешь о тени.
Таково Великое пространство: вне утверждений и отрицаний.

Пространство не создано, не разрушено, не измерено,
Не ограничено формой, не схвачено умом.
Оно не «пусто» как дыра, не «полно» как сосуд.
Это не объект, не субъект, не середина между ними.
Так постигается первозданная чистота.

Мысли возникают как волны в океане пространства,
Они не портят океан, не делают его иным.
Даже заблуждение — это игра ясности,
Как радуга, что не оставляет следа на небе.
Поэтому нет ни ошибки, ни исправления.

Медитация не прибавляет чистоты,
Обычное состояние не убавляет совершенства.
Всё уже завершено в самом начале,
До любого усилия, до любого «я хочу».
Отсюда — свобода от практики и результата.

Имена: «Ваджрасаттва», «Будда», «Просветление» —
Лишь пальцы, указывающие на луну.
Луна не в пальце, не в слове, не в указании.
Когда палец исчезает, луна всё так же светит.
Великое пространство не нуждается в обозначении.

Сансара и нирвана — два имени одного вкуса,
Как вода в волнах и в глубине — одна вода.
Нет того, кто освобождается, и нет освобождения.
Есть только пространство, в котором всё происходит.
В этом — смысл «не-достижения».

Пусть ум не цепляется за «пустоту» как за вещь,
И не отвергает «явления» как помехи.
Явления — это речь пространства,
Пустота — его безмолвие.
Вместе они — единая песнь Дхармакаи.

Кто ищет Ваджрасаттву вовне — уходит дальше,
Кто ищет внутри — всё ещё делит на «внутри» и «снаружи».
Ваджрасаттва — это сам взгляд, который не ищет,
Простое присутствие, свободное от выбора.
Вот Великое пространство — нигде и везде.

Не пытайся удержать это понимание,
Оно ускользает от хватающего ума.
Но и не теряй его в рассеянности:
Оно всегда здесь, как небо — прозрачное, бескрайнее.
Так пребывай в естественном состоянии.

Все сутры, все тантры, все учения —
Словесные волны на поверхности океана.
Океан не рождается из слов, не гибнет от молчания.
Он просто есть — вне похвалы и порицания.
В нём растворяется всякое усилие.