Про Одина

«Один у Иггдрасиля»
Он не просил ни славы, ни венца,
Лишь правды, что сокрыта в глубине.
И девять дней висел он у ствола,
Пригвождённый к древу в ледяной тишине.

Из раны кровь стекала по коре,
А мир внизу шептал свои слова,
Но Один слушал не людской разговор —
Он слышал, как поёт сама судьба.

Руны открылись в муке и в крови,
Как знаки, что ведут сквозь девять миров.
Теперь он знал: не в силе суть богов —
А в знании, что крепче всех оков.

«Вороны Одина»
Два ворона кружат над стылой землёй —
Хугин и Мунин, два крылатых гонца.
Один их встречает холодной зарей,
Чтоб знать, что творится у края конца.

Один шепчет: «Летите над морем и льдом,
Над битвами, где сталь поёт в тишине.
Пусть память и мысль станут общим путём —
Ведь мудрость рождается в чуждой стране».

И птицы скользят над полями теней,
Сбирая обрывки людских голосов.
А бог собирает осколки идей —
Чтоб видеть картину без лишних слов.

«Вальхалла и Один»
В чертогах Вальхаллы пылает огонь,
Там павшие воины пьют и поют.
Их выбрал Один, чтоб в последний бой
Они встали рядом, когда мир падёт.

Он смотрит на пир, но в глазах — не восторг,
А тяжесть грядущего, холод Рагнарёка.
Он знает: судьба — это вечный порог,
Где слава и гибель сплетаются боком.

Не радость ему — а ответственность дня,
Что рухнет, как дерево, под топором.
Владыка богов, он хранит имена,
Пока не настанет последний гром.

...
О, Всеотец, услышь мой тихий зов,
Дай видеть знаки в ветре и в дыму.
Пусть мудрость не ослепит, а даст покров,
Я этот путь пройти готов — и пойму.

Пусть Гунгнир укажет, где правда живёт,
Пусть волки бегут сквозь туман и года.
Тот, кто ищет истину, — не пропадёт,
Ведь ты ведёшь сквозь бури и холода.