Тени в ночи

Когда воздух на грани уступа становится вязким,
как остывший кисель в темноте, где примет вовсе нет,
совершаешь шажок — мир сужается к выкрикам адским,
и туман пожирает твой хрупкий, земной силуэт.
просто бездна зовет, пробуждая упрямым азартом.
это сбой механизма в зрачке, в амальгаме стекла,
суета медицинских трактатов и символов в карте,
но уносится мысль в никуда, и сгущается мгла.
 
Там внизу засыпает, расчерчен под серые клетки,
улей-город, похожий на старый, кривой инвентарь.
фонари кое-где, как чужие, слепые монетки,
задыхаются в этой глуши, поглощая кошмар.
на отвесной скале, где избитые стонут перила,
а из ценностей — только пустое скольженье на дно,
из ущелья, где тени в ночи заскользили уныло,
проступило наощупь всё то, что во мгле рождено.
 
Это матовый профиль дракона порока и скуки,
зависает в трех метрах, крылами кромсая озон.
его магия — хаос, в котором оптическим трюком
время, рушит симметрию мира и берёт разгон.
«что ты ищешь здесь, мальчик? чем бездна тебя к себе манит? —
выговаривал голос, вибрация шла изнутри. —
мир людей под завязку забит разносортным обманом.
так шагни же в туман, на часы и на жизнь не смотри.
и секундный прыжок зачеркнет и законы, и годы.
и, шагнув в пустоту, невозможно вернуться назад —
человеческой воли, раздутой до рамок свободы,
не спастись, так как ждёт впереди только пламенный ад…»
 
«Твой призыв безупречен, — раздалось ответным аккордом, —
но свобода сильна вдруг одним только выкриком "нет"».
и, зажмурив глаза, он почувствовал сердцем нетвёрдость
и прижался к стене, возвращая себе свой рассвет.
ящер выдохнул дым и унёсся подальше в ущелье,
ибо страх силой воли был напрочь отныне убит.
а вот выбор остаться — не трусость, а путь к возвращенью,
где решение жить обретает былой монолит.