Тишина

В нас воспитали безучастных терпил
И щёку вторую всегда подставлять,
Безропотно каждый чтоб удары сносил,
Учили не спорить, вопросов не задавать.
Нам цену назначили за ночь и рассвет,
Приучали только смиренно молчать,
По шёрстке нас гладили, ломая хребет,
Запретив даже мысленно что-то менять.

Тишина - тоже голос, она громче крика,
Я больше не жду, что кто-то услышит.
И пусть в долги мне запишут вдох каждый -
Тишина - это голос, не услышанный дважды.

Нас приучали сгибаться в дугу,
В рабство вели за густой пеленой,
Топтали мечту, как сухую траву,
Награждая только бескрайней виной.
Стирали из памяти волю к борьбе,
Внушая, что гордость - опасный порок,
И мы пресмыкались в голодной мольбе,
Усвоив надолго жестокий урок.

Тишина - тоже голос, она громче крика,
Я больше не жду, что кто-то услышит.
И пусть в долги мне запишут вдох каждый -
Тишина - это голос, не услышанный дважды.

«До счастья осталось… ещё потерпи!» -
Твоя благодетель для них хороша.
Ты только терпи: что ещё впереди -
Окажется дальше, ведь цепь коротка.

Тишина - тоже голос, она громче крика,
Я больше не жду, что кто-то услышит.
И пусть в долги мне запишут вдох каждый -
Тишина - это голос, не услышанный дважды.