Август 26-го, почти конец

Город окутан туманом. Густым, почти осязаемым, словно кто-то накрыл улицы мягким серым покрывалом. Под ним дома и деревья ведут себя чуть иначе, чем положено. Солнце ползёт по небосклону лениво и неохотно, будто сомневается, стоит ли появляться над этим маленьким северным городком.

Первые автобусы просыпаются с тихим металлическим вздохом, и за ними тут же устремляются их братья-автоботы блестящие, чуть более живые, чем обычные машины. Они гоняются друг за другом по мокрому асфальту наперегонки.

На соседней улице молодые люди навеселе распевают про три полоски на кедах. Их голоса звучат громче, чем следовало бы в такое раннее воскресное утро, но туман, как будто, приглушает звук, превращая его в мягкое эхо. Бабули и дедули уже куда-то спешат уверенными шагами. Возможно они выполняют тайное задание, о котором знает только город.

Вчера я не мог уснуть до четырёх утра. Сегодня проснулся, в четыре, полный сил. Вот такой парадокс. И теперь сижу в своей маленькой квартирке, пишу рассказ о Сэйнт-Пи, всё глубже погружаясь в его мистические улицы или в то, что только кажется прошлым.
На экране мелькают клипы Яндекс.Музыки: цвета, лица, чужие жизни. Время от времени отвлекаюсь, делаю глубокий вдох и снова ныряю туда, где своя атмосфера,туман другой, а дворы чуть глубже, чем кажутся.

По комнатам плывут ароматы свежего кофе и тонкие нотки апельсинового табака. Они смешиваются с морским туманом, который, кажется, просочился даже сквозь закрытые двери. Город  просыпается. И я просыпаюсь вместе с ним.

А всего-то и надо: время от времени выпадать из сна и неловко плюхаться в реальность. Когда глаза уже слипаются, организм тихо бунтует, а мозг вдруг разгоняется сам по себе и активирует какие-то давно забытые участки. В эти короткие, странные промежутки ты вдруг видишь мир и людей такими, какие они есть. Без масок. Без привычной фальши. И в каждом,  даже в тех, кто спешит по своим воскресным делам, даже в тех, кто поёт на соседней улице - проступает тихая, естественная внутренняя красота. А за окном привычный город, который не отпустит, пока ты вновь не обретёшь собственное я.