царь, принимающий яд

К сожалению не возвращается вспять
жаркий месяц - об этом ещё пожалеем.
Но живём, по ночам привыкаем не спать,
и рифмуем, слова заливая елеем.
Слишком приторно? Так по мощам и елей -
было сказано, с этим должны согласиться.
Что поделать, коллега, себя не жалей,
не осталось в стихах ни берёзок, ни ситца -
всё проходит, и мы постепенно пройдём,
словно август с его неумеренным зноем.
Мы с тобой так зависимы от идиом,
только правду-то высказать не суждено им,
потому и обходимся тем, что дают,
развиваем и правим согласно канонам,
а история предоставляет уют
записным палачам и безвинно казнённым.
От бесчувствия всё постигаем умом,
слава богу, прохладнее в городе нашем,
Что не выгадать лестью, то силой возьмём,
правосудие вверив своим персонажам.
Август, август, куда ты? Сентябрь впереди,
листопадное время коротких свиданий.
Погоди хоть немножечко, не уходи,
вдохновение всех ожиданий нежданней.
Не вернётся? Ну, что ж... Вон берёзки стоят,
белый ситец, и что там ещё у поэта?
Он привык, словно царь, принимающий яд,
но читатели явно забыли про это
и глотают отраву, и верят всему,
что написано в августе. До сентября ли?
А придётся примерить суму и тюрьму,
станут хныкать - мы этого не выбирали.
Вот и ладушки, август, а после - тире,
междумесячье, как переломная дата.
И не спать по ночам, чтоб искать в сентябре
яд, пособный прикончить царя Митридата.