Подруги

     Учебный год наконец-то закончился. В школе стоял радостный шум: все бегали, хлопали друг друга по плечам, кричали «Ура каникулы» и собирались в кучу у доски, чтобы сделать общее фото на память о шестом классе.
Галя и Нэля стояли в этой толпе, улыбались, но в их глазах уже плясали другие планы. Они переглянулись, и в этом взгляде было всё: «А давай не будем фотографироваться. Давай туда, где интереснее».

Они тихонько выскользнули из рядов, помахали одноклассникам рукой и побежали – не домой, не на речку, а прямиком в киноклуб КЗФ. Там как раз шёл фильм, о котором все в классе шептались, про смелого мальчика, который летал на воздушном шаре и спасал город. Галя и Нэля мечтали его увидеть с самой первой афиши.
     В зале было прохладно и темно, пахло чем-то волшебным – так всегда пахнет в кино, когда вот-вот начнётся чудо. Девочки шмыгнули на свои места, притихли и затаили дыхание…и тут поняли; впереди сидит высокий, лысый мужчина, и его большая голова загораживает ровно половину экрана.
- Ну вот, - тихо прошептала Нэля -мы столько ждали, а теперь ничего не видно.
- Не может быть, мы обязаны это увидеть! – возмутилась Галя.
И тут у Нэли родилась идея. Но не про бумажные шарики, которые можно пулять.
- Слушай, - шепнула она, - давай сделаем так, чтобы он сам чуть-чуть подвинулся. Без обид, а просто…ну, чтобы ему захотелось.
Они достали из портфелей две тетради и начали потихоньку ими махать перед собой, будто им вдруг стало жарко.
Мужчина впереди поёрзал, потом потрогал лоб и вдруг чуть-чуть наклонился вперёд, чтобы поймать хоть немного воздуха. И – о чудо! – теперь девочкам было видно весь экран целиком: и воздушный шар, и город, и даже крошечные фигурки людей внизу.
Галя с Нелей переглянулись и еле сдержали смех. Получилось! Они не обидели никого, а просто немножко хитро всё устроили.
Фильм начался. На экране мальчик забрался в корзину шара, ветер раздувал паруса, музыка становилась громче…и Галя с Нелей забыли про всё на свете. Они сжимали друг другу руки, когда становилось страшно, и хихикали в ладошки, когда было смешно.
А когда в самый напряжённый момент мальчик чуть не упал с верёвочной лестницы, Нэля так сильно вцепилась в руку Гали, что чуть не уронила тетрадь. Галя только крепче сжала её пальцы и прошептала. – Он справится. Он же смелый.
И он справился, В конце все аплодировали, даже строгий мужчина впереди кивал головой и говорил: «Ну, вот это да!».

Когда девочки вышли из зала, солнце уже садилось, окрашивая крыши в золотой цвет.
- Знаешь, сказала Нэля, я рада, что мы не пошли фотографироваться. У нас будет теперь своя память. Своё приключение.
- Ага, улыбнулась Галя. – Пусть на общей фотографии будут все. А у нас будет вот это: мы, кино, и тот момент, когда ты придумала с тетрадями.
Они шли по улице, болтали про фильм, спорили, кто бы из них мог полететь на воздушном шаре, а кто бы точно испугался высоты. И смеялись, потому что обе знали – высоты они бы испугались.

На следующий день в школе, когда все разглядывали общее фото и показывали друг другу, кто как получился, Галя и Нэля не спорили.
Они просто сели рядом, достали из портфелей две тетради и тихо сказали: - У нас тоже есть своя история. И этого было достаточно.

После того похода в кино про воздушный шар Галя и Нэля стали в в классе еще заметнее. Не потому, что они были самыми громкими, а потому, что рядом с ними всегда будто становилось светлее: они смеялись над одними и теми же шутками, помогали друг другу на контрольных, а если кто-то грустил – умели тихо посидеть рядом, что грусть сама собой становилась меньше.

И вот в классе нашлись две девочки Эмма Тютюгина и Тома Дымова, которым эта дружба почему-то не давала покоя. Толи им казалось, что Галя и Нэля слишком много времени проводят вместе, толи просто хотелось, чтобы всё было по их правилам. В общем, они решили их разлучить.
Сначала это были мелочи. Эмма как бы между делом сказала Гале:
- Ты с Нелей всё время ходишь. А с нами редко гуляешь, или ты с нами дружить не хочешь?
Галя растерялась. Она с ними хотела дружить, но Нэлю не хотела бросать. – Я хочу со всеми, тихо сказала она. Давайте завтра после уроков пойдем все вместе?
Но Эмма пожала плечами: - Ну, если тебе важнее Нэля…
А Тома принялась шептаться на переменах: - Смотри они опять вдвоём, даже на большой перемене не подходят к остальным. Как будто они лучше всех.
Галя это услышала. Она остановилась посмотрела на Тому прямо и сказала спокойно: - Мы не лучше, просто мы давно дружим. И если ты хочешь, можем вместе пойти в столовую, я пирожок тебе куплю. Тома фыркнула и ушла.
Потом начались записки. То Гале подсунут в тетрадь листок: «Нэля про тебя кое-что говорила», то Нэле положат в портфель смятую бумажку: «Галя тебя не ценит». Только вот все было бесполезно…
А потом лето пришло, и всё как-то само собой улеглось. Эмма и Тома увидели, что разлучить девочек не получится, и перестали стараться. А Галя и Нэля …они просто продолжали быть собой.

Годы шли. Школа закончилась и каждая пошла своей дорогой: Галя уехала в Красноярск учится в институте, а Нэля осталась в родном городе, поступила в педагогический. Но они не терялись. Писали письма друг другу, обменивались фотографиями.
Иногда им казалось, что они совсем разные, но стоило им встретиться, и всё вставало на свои места. Они снова были теми самыми девочками, школьницами: сеялись над старыми шутками, вспоминали кинотеатр КЗФ и тот момент, когда тетрадями «подвинули» целую большую проблему.
Когда Галя приехала в родной город уже взрослой, Нэля встретила её на вокзале с двумя стаканами горячего чая в термосе и улыбкой до ушей.
- Ты знаешь, сказала Галя, обнимая подругу, - я столько всего видела, столько городов, а вот это - вокзал, этот чай, ты – это мой самый настоящий дом. Нэля только кивнула, потому что в горле стоял комок счастья. Они смеялись, вспоминали школу и в какой-то момент Нэля тихо сказала: - Помнишь, как нас пытались разлучить? А мы даже не заметили, как быстро это всё прошло. Как ветер, который подул и стих.
- А наша дружба – как дерево – добавила Галя. – Ветер его качает, но не ломает.

Прошло много лет. Галя работала в проектном институте, а Нэля быстро продвинулась по карьерной лестнице. Но самое главное оставалось неизменным: раз в пять лет, они встречались в родной школе на традиционных вечерах.
И когда кто-то спрашивал: - Как вам удаётся оставаться такими близкими подругами?
Они переглядывались и знали: - Если кто-то попытается нас разлучить – мы просто улыбнёмся и пойдём дальше. Вместе.

Так и шли они по жизни – рядом, но каждая своим путём, и эти пути сплетались в одну длинную, светлую дорогу, по которой шагать было легче, потому что знали, что где-то рядом была подруга. И эта дружба, начавшаяся в школе, согревала их всю оставшуюся жизнь