Поэту

Я понял, что Бог – мой брат, и что его душа – мне родная... ;У. Уитмен


Спорим, не знал ты, что братом был кровным для Бога?
Просто родился, как все, чтоб отпущенных лет
Груз волочить от рождения до некролога?
Пресная жизнь с перерывом на постный обед…

Бог деликатно молчал, наблюдая в сторонке.
Видел ты вряд ли, что рядом он ночью и днём.
Трудно орг;ном могучим предстать шестерёнке,
Выдохнуть фуги на волю незначащим ртом.

Бог намекал не однажды блаженными снами,
В город когда уносил, где царила  Любовь,
Зримая в каждом мгновении. Даже врагами
Злыми господство её признавалось без слов.

Час милосердный прозрения вспыхнул в июле.
Лёжа на мягкой перине нагретой травы,
Ты ощутил, что в лицо будто б правдой плеснули,
Стало понятно, судачат о чём муравьи,

Шепчутся воды, клекочут свободные птицы,
И для чего континентам выпячивать грудь…
Бог озарялся, тебе воздавая сторицей,
Братскую общность и мудрость стараясь вдохнуть

В мозг человеческий, был чтоб он копией точной.
Бог стал тобой, когда ты прислонился к нему.
Атомом крохотным, мелкой божественной точкой
Ты уплывал в небеса от поверхностных смут.

С солнцем, с ядром, с сокровенным и смыслом, и светом
Соединялся разбуженный истинный взгляд.
И обнимал теперь Землю родную поэтом
В будущем вечном прозревший столетья назад.