Я знал, что останусь надолго...

Я знал, что останусь надолго
В плену переломанных лет,
Пока неподстреленным волком
Я свой же глодаю скелет.

Конверт (там сгоревшие письма)
Сжимаю неловко в руке,
И тут же потерянный хищник
Является на потолке.

В углах расплываются тени
И дышат обрывками фраз,
Сухие тяжелые стены
Взирают обилием глаз.

На выцветших листьях бумаги
Дорожкой проложен испуг,
Как пропасть в полуночном мраке
По линии сомкнутых губ.

Худые, но сильные пальцы
Мне скоро сломают стекло.
Я снова читаю абзацы,
Вошедшие в вену с иглой.

Ты век не оставишь в покое
Погрязшего в путах больниц.
Я просто не помню иное:
Лишь трепетный росчерк ресниц.

Но дни утекали в недели,
И годы смыкались в кольцо,
А свежие листья сирени
Скрывали родное лицо.

Я гнался за бледным фантомом,
Но падал под гнетом оков
В объятия старого дома,
Под запах знакомых духов.

Я плыл в перламутровых блестках,
По миру сновала весна.
Везде, на любых перекрестках,
Мне виделась только Она.