Тропа стыда

Собирал Артём грибы по сосновым борам всё дальше от родной деревни уходил. Увлёкся — не заметил, как ели сомкнулись за спиной, а знакомые тропы под корень сгинули. Солнце за Онежское озеро село, стемнело. Залез он тогда на самую высокую сосну, глянул вдаль сквозь колючие ветки: видит, мигает во тьме яркое пламя костра.

Слез Артём с дерева, перекрестился на невидимую звезду и пошёл на огонь — помощи у людей просить. Шёл он долго, пока не упёрся в чащу дремучую. Стоят там деревья кривые, мхом обросшие, корнями наружу вывернуты — словно их лесной хозяин "Хийси” вверх ногами перевернул. Слышит Артём впереди крики жуткие, волчий вой вперемешку со старушечьим хохотом. Затаился он за поваленным стволом, выглядывает: прыгают у огромного костра три ведьмы-людоедки, косматые, глаза углём горят, пляшут так, что земля трясётся.

«Вот не повезло», — думает Артём. — «Не подскажут они мне дорогу из лесу ночного».
Прислушался он к их разговорам. А ведьмы меж собой совет держат:
— Старые мы стали, сила уходит. Чтобы молодость вернуть, нужно нам этой ночью самых красивых деревенских детей похитить! Сварим мы из них зелье себе. Заколдуем город и их жителей. Будут матери спать сладко, о пропаже своей и не вспомнят.

Тут-то Артём и понял, что сама судьба его сюда послала, чтобы беду остановить. Самому страшно стало: во рту слюны нет сглотнуть, руки дрожат, колени подкашиваются. Думает он, как бы сделать что толковое, голову поднять боится — вдруг заметят. Глядь, а у кривых деревьев метлы еловые стоят, которые ведьмы при пляске побросали. Подобрал Артём с земли тяжёлый камень, размахнулся да бросил его далеко-далеко в кусты можжевеловые. Загремел камень. Ведьмы всполошились, решили, что зверь крадётся, и пошли в темноту смотреть.

А Артём времени терять не стал: схватил все три метлы разом, сунул их прямо в самое сердце жаркого костра, да давай бежать куда глаза глядят. Тут весь лес засиял мертвенно-зелёным светом. Завыли ведьмы страшными голосами, завопили — остались без средств передвижений.

Бежал Артём без оглядки до самой студеной реки. Только остановился отдышаться, слышит — шаги быстрые за спиной раздаются, треск веток стоит. Набрал Артём воздуха полные лёгкие — бултых в тёмную воду! Две минуты целые сидел на ледяном дне, камни руками придерживал, пока воздух не закончился. Вынырнул бесшумно, зубами от холода лязгая, и пошёл вдоль течения. Так на рассвете в свою деревню и вышел.

Рассказал утром Артём старейшинам про ведьм и дела их гадкие. Решили тут всей деревней наказать нечисть. Из каждой избы собрались дружно жители: отцы с топорами, матери с вилами, сыновья с факелами. Пошли они вслед за Артёмом туда, где ведьмин шабаш был. Пришли на место — а там поляна пустая, только угли холодные дымятся да корни-коряги торчат. Подумали люди, что померещилось парню со страху или леший кругами водил. Поругали его для порядка да обратно в деревню вернулись.

Заходят в избы, а там беда лютая: печи остывшие, колыбели пустые. Все до единого дети исчезли. Поняли тогда родители, какую ошибку совершили. Не случайно Артём в лесу заблудился. На самом деле хитрые ведьмы ту ловушку заранее и устроили. Знали они, что парень смелый окажется, услышит их разговор, побежит народ будить и всех взрослых специально в ночную чащу уведёт. Сами же тем временем лёгкой добычей занялись — никто им не помешал.

Так вот люди доверились Артёму. От стыда такого чёрного, от горя родительского взял Артём свой нож охотничий, краюху хлеба в котомку положил и навсегда в тот самый лес подался. Говорят старые охотники, живёт он там до сих пор. Бродит между корней, что вверх растут, ищет следы детских лаптей. И будет бродить, покуда последнего ребёнка из плена лесного силой или хитростью не вызволит. Кто знает, может, встретите вы его однажды у ночного костра — седого, молчаливого деда, который греет над огнём озябшие руки и ждёт вашего совета.