Сказка о Моране, Царевиче и Белоснежке. ч. 36

Сгорбленной представ каргой
С сучковатою клюкой,
Что бредёт себе, хромает,
А, куда, сама не знает;
Поплелась Морана в лес,
В чащи полные чудес.
Перед ней олень промчался;
Вепрь клыкастый повстречался;
Расцвели пред ней цветы
Небывалой красоты.
Но Морану, уж, теперь
Ни цветок, ни дикий зверь
Не страшат, не привлекают,
Дивным видом не прельщают.
Знай, идёт себе она,
Злобным мщением полна.
Той ногою, что хромает,
Вдруг Морана задевает
Корень древа, что, как щит,
Из сырой земли торчит
И, споткнувшись об него,
Застонала оттого,
Что и впрямь нога заныла.
Тут же, улыбаясь мило,
Ей навстречу Белоснежка,
С помощью не ставши мешкать,
Показалась, подбежала;
Видя, что чуть не упала
Эта бедная старушка,
Ей речёт: мол, здесь избушка
Недалече есть моя,
В ней живу одна лишь я.
Коль устали твои ноги,
Загляни ко мне с дороги,
Отобедай, отдохни,
Да отвар из трав прими.
Отдохнув же, как-нибудь
Дальше свой продолжишь путь.
Как старушке не помочь?
Ну, не гнать же бабку прочь!
Уважая свято старость,
Проявляя к бабке жалость,
Белоснежка с теплотой
И с душевной простотой
Настоятельно старушку
Всё зовёт в свою избушку.
И старушка ей на милость,
Вняв, конечно согласилась.
Ей кивнув, Морана рада;
Ей лишь этого и надо,
Чтоб немедленно, сейчас
Без чужих досужих глаз
Применить из сумки средство,
И свершить своё злодейство.
Так Владычица Морана,
Белоснежкой в гости звана,
Окружённая заботой,
С напускною неохотой
Меж стволов, среди ветвей
Медленно пошла за ней.