Сказка о Моране, Царевиче и Белоснежке. ч. 31

Это зеркальце ручное
Было вовсе не простое:
Свойство зеркальце имело -
Говорить оно умело,
И тому, кто в руки брал,
И пытливо вопрошал:
«Кто на Свете всех милее,
Всех прекрасней и белее?»
Как посреднице пристало,
Откровенно отвечало:
Плох он или же хорош?
Красотой своею ль гож?
Красивей ли всех на Свете?
Нет ли лучше на примете?
Распрекрасная Морана
Каждодневно, непрестанно
Прежде зеркальце брала
В свои руки и рекла
Чуть надменно, но всерьёз,
Как всегда, один вопрос:
Свет мой зеркальце, скажи
Да всю правду доложи:
Я ль на Свете всех милее,
Всех румяней и белее?»
И Моране распрекрасной,
Самой умной, самой властной
Зеркальце всегда в ответ
Говорило: «Прочих нет!
Ты, Владычица Зимы,
Ночи, снов, кромешной тьмы,
Ты на Свете всех милее,
Всех румяней и белее!
Ты красива, величава;
Ты мудра и не лукава;
Ты своею красотой
Украшаешь мир земной!
Обойди весь Белый Свет,
Никого прекрасней нет!
В заключеньи молвлю здраво,
Что тебе по праву слава
В этот день принадлежит!
Пусть тебя судьба хранит!»
Но последние недели,
Что так быстро пролетели,
Распрекрасная Морана,
С милым тешась постоянно,
Позабыв про все дела,
В руки вовсе не брала
Чудо-зеркальце, что ей
Было боле всех нужней.
До того ль Моране было?
К ней ведь счастье в руки плыло!