Опарыши
Иль, может быть, вьетнамских,
Состарился и слёг,
Под старость занемог,
Лежал себе, пока не околел,
Гнил труп его, смердел.
А время шло. Мух рой там свил гнездо,
Драконью падаль детки подъедали,
Опарыши жирели, вырастали,
Великолепно жили все притом.
Опарыш мухой стал. И муха вылетает,
И гордо восклицает:
«Великий наш мушиный род,
Ибо начало он ведёт
Из чешуи дракона самого!»
Потомок княжеских кровей пред нами,
Бахвалится подчас дедами,
А сам он не добился ничего!
Свидетельство о публикации №126082600171